Мы рассмеялись, но на душе у меня всё-таки осталось что-то необъяснимое. Владислав был не просто человеком с харизмой. Его уверенность и этот взгляд… будто он видел меня насквозь.
— А ты знаешь, что каждый раз, когда ты описываешь своего начальника, я представляю вампира?
— Вампира? Почему?
— Ну, ты посмотри на него: загадочный, харизматичный, весь такой «я знаю, что ты думаешь», — она попыталась изобразить пронизывающий взгляд, что вызвало у меня истерический смех.
— Ксюша, если бы он был вампиром, я бы уже не жила.
— Или наоборот, ты была бы его королевой тьмы, — продолжила она, и мы захохотали так громко, что соседний столик начал бросать на нас косые взгляды.
— Ну а теперь расскажи-ка мне, — сказала Ксюша, хитро прищурившись. — Как он на тебя смотрит?
— Кто?
— Владислав. Оля, не прикидывайся. Я тебя знаю. Ты такая, когда начинаешь о ком-то думать…
Я покраснела, сделала глоток вина и попыталась уйти от ответа.
— Ну, может, он немного… гипнотизирующий.
— «Гипнотизирующий»? Рассказывай!
Я вздохнула и всё-таки поделилась воспоминанием о том, как он подошёл утром.
— И ты хочешь сказать, что ничего не почувствовала? — спросила Ксюша, скрестив руки.
— Может, чуть-чуть.
— «Чуть-чуть»? — она рассмеялась.
— Ну может чуть-чуть больше чем чуть-чуть.
— Ну да, конечно. А если серьёзно, Оля, — вдруг сказала Ксюша, убирая волосы с лица. — Ты, похоже, попала в какое-то действительно необычное место. Но не дай им тебя продавить.
— Продавить? — переспросила я, удивлённая её тоном и даже не столько этим, сколько контрастом в теме нашего разговора.
— Ты всегда слишком сильно стараешься доказать свою ценность. А иногда нужно просто быть собой. Помни, ты делаешь эту работу, потому что ты профессионал, а не потому, что кто-то из них решил, что ты должна пройти испытание.
Её слова прозвучали неожиданно глубоко. Возможно, потому что я действительно чувствовала себя в «МагикМедиа» так, словно каждый шаг был на экзамене.
После второго бокала я наконец почувствовала себя легче. Мы болтали обо всём, включая планы Ксюши по продаже очередной квартиры и её попытки уговорить клиента убрать из спальни фреску с изображением тигров.
Когда мы вышли из кафе, город уже охватила ночь. Ксюша укатила на такси, а я пошла домой пешком, благо жила неподалеку.
Шла и думала о её словах: быть собой, не давать другим сомневаться в своей ценности. Легко сказать.
Придя домой, залезла под душ, чтобы слегка взбодриться, но вместо бодрости почувствовала, как усталость окончательно взяла верх.
Переодевшись в любимую пижамку, я забралась под одеяло. Потянулась за телефоном, чтобы проверить будильник. На секунду задержала взгляд на экране. Зачем-то открыла заметки и добавила туда короткую строчку:«Не забыть: клиент покупает уверенность, не продукт».
Я погасила свет и провалилась в сон.
Во сне я оказалась в огромной галерее, залитой мягким золотистым светом. Полы из чёрного мрамора отражали мерцающие огоньки, будто звездное небо опустилось на землю. Пространство казалось бесконечным, но в то же время было наполнено каким-то тёплым уютом.
В центре галереи стоял огромный стул, больше похожий на трон, с обивкой цвета красного вина, как раз такого, какое мы вчера пили. На нём сидел человек.
Его лицо было скрыто тенью, но мне не нужно было видеть его, чтобы узнать. Это был он. Владислав Андреевич.
Он посмотрел на меня. Его взгляд, как всегда, был пристальным, проникающим, но теперь в нём было что-то большее. Будто он знал все мои мысли, все мои желания.
Я сделала шаг ближе, и галерея изменилась. Пол исчез, и я стояла босиком на тёплом песке, а вокруг меня плескались мягкие волны. Владислав всё ещё сидел на своём месте, но теперь между нами не было ни теней, ни барьеров.
— Ты думаешь, что можешь скрывать свои намерения? — произнёс он, и его голос звучал так, будто исходил отовсюду.
— Я… — попыталась я ответить, но слова застряли где-то внутри.
Он поднялся. Его движение было плавным, уверенным, и каждая его черта казалась более чёткой, чем в реальной жизни.
— Покажи мне, — сказал он тихо, но настойчиво.
Я не понимала, что именно он хочет увидеть, но всё внутри меня словно потянулось к нему. Он приблизился настолько близко, что между нами оставался лишь воздух, и тепло его тела стало почти осязаемым.
Я хотела спросить, что происходит, но он положил палец мне на губы.
— Молчи, — сказал он, и его голос был таким мягким, что я подчинилась.
Его рука скользнула к моему лицу, лёгкое прикосновение заставило меня вздрогнуть, но это было не страх. Это было желание.
Галерея снова изменилась. Теперь мы стояли в зеркальном коридоре — пол и потолок в нём тоже были зеркальные — и в каждом отражении я видела нас: он смотрит на меня, я не могу отвести взгляд. В какой-то момент я подняла руку, чтобы коснуться его лица, но вместо этого зеркала начали мерцать, и его образ стал исчезать.
— Не уходи, — прошептала я.
Его лицо озарила загадочная улыбка.
— Я вернусь, — произнёс он, и его образ растаял, оставив меня в одиночестве.