Перед нами распахнули ворота, и наш левитджанс спланировал в сторону заброшенного сада, в глубине которого возвышался мрачноватый особняк, вероятно построенный тут еще до восстания. Я впервые была в таком месте. Точнее, я ездила на экскурсию по древним замкам, но вот провести в одном из них выходные мне доведется впервые.
Служащий у ворот указал нам, где можно поставить левитджанс, и Кэвин, следуя его инструкции, свернул налево, чтобы, проехав по широкой аллее, оказаться на просторной площадке под навесом, где уже стоял десяток левитджансов. Похоже, многие гости уже прибыли, и их было немало.
Едва мы вышли из левитджанса, как к нам тут же подошли.
— Добрый день, меня зовут Рин, — представился мужчина. — Я провожу вас в дом и помогу разместиться. Как к вам обращаться?
Мы представились, Рин сверился с блокнотиком, кивнул и, подхватив наши чемоданы, бодрой походкой двинулся в сторону дома. Мы отправились следом. Кэвин непринужденно ухватил меня за ладонь и водрузил ее на сгиб своей руки. Я почти возмутилась, но потом вспомнила, что мы вообще-то играем тут роль пары, и не только перед гостями. Начальник был прав, начинать нужно прямо сейчас.
Я постаралась расслабиться и просто озиралась по сторонам, пока мы шли в сторону старинного особняка. Сосредоточиться на окружающем пейзаже было довольно сложно. Рука на сгибе локтя Кэвина слегка дрожала, и я никак не могла отвлечься от того факта, что невольно трогаю начальника.
Повезло, что хоть можно поизучать обстановку вокруг. Узкие, выложенные булыжниками тропинки петляли по старинному саду, в котором росли кривые яблони, груши и вишни. Создавалось впечатление, будто за садом никто не следит, но если приглядеться внимательнее, то становилось понятно: эти кажущиеся небрежность и запущенность — дело умелых рук садовника. Позади крытой стоянки между деревьями виднелись ажурная каплычка — небольшая молельня — и арка рядом, которая служила входом на семейное кладбище. За аркой возвышалось несколько каменных склепов, отсюда их толком нельзя было разглядеть. Неприятно екнуло сердце. Вот совершенно мне не хотелось сегодня ночью туда идти.
Одно радовало — до ночи еще довольно далеко. Кэвин тоже внимательно смотрел по сторонам, его взгляд словно выцеплял малейшие детали. В этом я могла убедиться, посмотрев на мужчину. Губы сжаты в тонкую полоску, а взгляд сосредоточенный и колючий. Он работал. Пока сопровождающий не поворачивался в его сторону, некромант был самим собой — собранным и серьезным. Стыдно признаться, но когда я смотрела на такого Кэвина, даже желудок сводило. Все же мой шеф оказался удивительно красивым мужчиной. Это усложняло нашу и без того весьма спорную ситуацию. Выглядел бы шеф не так привлекательно, мне бы было проще изображать любовь с ним. Я не боялась бы в какой-то момент поверить в свою игру.
Я, честно сказать, опасалась, что в холле дома нас встретят Лиз и ее муженек. Совсем не хотела их видеть, ловить ехидную улыбку однокурсницы, а то, что на губах Лиз застынет ехидная улыбка, я даже не сомневалась. Но удача оказалась на нашей стороне.
В холле вообще было пустынно, откуда-то справа доносились смех и оживленные разговоры, но здесь, кроме нас и сопровождающего, никого не оказалось.
— Сейчас я провожу вас в ваши покои, там вы сможете ознакомиться с программой мероприятий.
— Там — это где? — уточнила я.
— В каждой комнате есть листовка, в которой указано, что и когда будет происходить, а также уточнена форма одежды, в которой необходимо присутствовать.
Я растерянно кивнула. Интересно, а работать мы будем на свое усмотрение или нам все же выдадут инструкции?
— Пройдемте, — поманил нас сопровождающий и направился к широкой лестнице, застеленной темно-зеленым ковром. Она вела к балкону, находящемуся над холлом.
Наша комната, к слову, весьма скромная, находилась в самом конце коридора второго этажа, и там стояла всего одна кровать! Нет, я была морально настроена, что нас поселят в апартаменты с общей спальней, но я рассчитывала хотя бы на небольшой диванчик! А тут кровать, камин и дверь в ванную — вот и все. А еще шкаф в небольшой прихожей. Но спать в шкафу я не планировала!
Кэвин, заметив мой приоткрывшийся от изумления и негодования рот, предусмотрительно сжал локоть, всем видом показывая, что, если я сейчас устрою безобразный скандал, это будет совершенно некстати, ну, я и промолчала, хотя хотелось рвать и метать. Когда это я стала такой послушной? Не иначе как тогда, когда по ошибке устроилась на работу к некроманту.
Я мужественно молчала ровно до тех пор, пока за сопровождающим не закрылась дверь.
— Это что? — возмущенно заявила я, тыкая пальцем в королевское ложе.
— Это кровать, — послушно пояснил Кэвин, предусмотрительно отступив от меня.
— Но она одна! — У меня даже воздуха от возмущения не хватало. — Я не собираюсь спать с вами вместе!
— Кетсия, здесь все считают, что мы пара. Конечно, кровать одна! И, предупреждая волну возмущения, это не я ее сюда поставил. И, как и ты, не был в курсе, куда нас поселят, и сколько в комнате будет спальных мест.
