Не ищи меня полностью

– Если Сара сняла все деньги и собрала вещи… значит, она все-таки уехала? – рассуждала Вивьен, глядя на профиль Джареда, который сосредоточенно вел машину.

– Похоже на то.

– Но она заплатила за квартиру… Как думаешь, она от чего-то бежала? Может, кому-то задолжала?

– Все возможно, – с досадой ответил он.

– Боже… – устало протянула Вивьен, откинувшись на сиденье и уставившись в черный потолок машины. Даже присутствие Джареда и смесь мужского парфюма с терпким запахом табака, наполняющая салон, уже не успокаивали закипающую девушку. – Неужели это снова происходит? Сара снова вляпалась во что-то?

– Ви, мы разберемся, как и всегда, – заверил Миллс, осторожно паркуясь между многоквартирными домами.

– Почему ты так уверен?

– Потому что я пообещал, – просто объяснил он и заглушил машину.

– Железный аргумент, – скептически произнесла Ви, наблюдая, как снежинки налипают на лобовое стекло.

– У нас еще есть зацепки, которые можно проработать. Завтра пойдем на встречу группы поддержки. Не опускай руки раньше времени, ладно? – мягко попросил он, повернувшись к расстроенной Вивьен. Ему хотелось сказать больше, сделать больше, только бы не видеть выражение отчаяния в ее глазах, которые стали влажно блестеть в полумраке салона машины.

– Меня просто бесит это! Она обещала, понимаешь? Обещала, что на этот раз все будет по-человечески, что мы наконец проведем Рождество вместе, дома, семьей. Все только начало налаживаться. И я, как полная дура, понадеялась. Как я скажу об этом родителям? Они и так расстроены, что Стив в армии и не сможет приехать, а тут еще…

– Малец Стиви в армии? – искренне удивился Миллс, но быстро осознал неуместность вопроса: – Черт, прости.

– Ты не представляешь, каково это, Джей… – обреченно прошептала она, отвернувшись к окну и проклиная себя за невольные слезы и слова, но не могла больше сдерживаться: – Мне каждый раз хочется исчезнуть, как она, лишь бы не сообщать родителям, не выслушивать их переживания, не переживать самой. Знаешь… сколько себя помню, я никогда не ощущала себя младшей сестрой. Не ощущала, что обо мне заботятся. Я заботилась. Я была старшей сестрой. Сначала для Стива, когда он родился и стал младшим в семье, а затем, когда Сара пустилась во все тяжкие, то и для нее. Мне просто обидно. И я злюсь. На нее, Джей. И это ужасно эгоистично, потому что она, похоже, попала в очередную беду, но, черт возьми, я злюсь. – Вивьен судорожно выдохнула, а Джаред молчал, позволяя ей выговориться. – Она снова бросила меня разбираться с этим дерьмом. Знает, как мне больно, и продолжает. Когда Сара нужна – ее нет. Никогда. Ее не было рядом, когда я выблевывала каждый ланч в туалете старшей школы. Когда нужен был совет перед первой близостью с парнем. Когда я переживала из-за экзаменов и выбора колледжа. Мне только и нужна была старшая сестра, понимаешь? Лучшая подруга, что умнее меня, сильнее. Но мне пришлось самой ей стать. Для себя, для нее, для всех вокруг, черт возьми. И это нечестно, Джей… – Плачущий голос сорвался, и салон машины стал безмолвным вакуумом.

Что-то саднило внутри Миллса от ее всхлипов и дрожащих пальцев, стыдливо утирающих слезы с покрасневших щек. Эта сильная девушка обнажала перед ним свою уязвимость, и в этот раз он не одернул себя, а прижал плачущую Вивьен к груди, заключая в объятия.

– Мне очень жаль, Ви. Теперь ты не одна, – тихо заверил он, успокаивающе касаясь спины, которая тряслась от тихих всхлипов.

– Спасибо. Но я не люблю обнимашки, – срывающийся шепот опалил кожу на его шее, заставив сглотнуть.

– Мне перестать?

– Нет.

Вивьен лишь теснее прижалась к нему, уткнувшись в холодный воротник пальто и заливая его горячими слезами. Миллс не переставал утешать ее почти невесомыми касаниями, словно боялся отпугнуть. Боялся надавить и ранить сильнее, дать больше, чем ей сейчас необходимо.

Он привык помогать людям и ставить собственные интересы и чувства на режим ожидания. Но с Вивьен было иначе. Необъяснимый, почти инородный трепет в груди вызывал порыв не просто помочь, а заботиться. Заботиться о ней. О той, кто не привыкла, чтобы о ней заботились, но сейчас позволяла ему это делать.

– Мы всё исправим, хорошо? – Он мягко погладил по медной макушке, на что Вивьен кивнула.

И Джареду понравилось. Понравилось, как ощущался шелк ее волос, ласкающих кожу на его грубых пальцах. Как приятный аромат учащал его вдохи и наполнял легкие вместо черного никотина. Как бурливший в ней жар растапливал его замерзшее сердце.

Слишком понравилось.

Миллс ощутил себя отвратительным. Ему не должно было нравиться. Ни когда девушка открыла душу и выплакивала свою боль на его плече. Ни когда этой девушкой была Вивьен Марч, считавшая его другом.

И тогда Джаред нехотя отстранился.

– Тебе полегче? – осторожно спросил он и зарылся в бардачке.

– Ага. – Вивьен взяла предложенную салфетку и поспешно утерла слезы. – Прости за это лирическое отступление, – грустно усмехнулась она. – Полный отстой, не стоило вываливать все на тебя. Наверное, ты думаешь, я спятила. Это сложно понять тому, у кого нет сиблингов…[6]