Темы разговора были ни о чем и обо всём. Я отчетливо ощущала, что он прощупывает мои интересы, но делает это очень аккуратно. Не отвечать на его вопросы было практически невозможно. Чтобы как-то отвести от себя тему обсуждения, приходилось интересоваться и его делами. Весь обед Игорь закидывал меня комплиментами, которые трудно было не принимать, не оскорбив его. Вот это игрок высшей лиги. И послать не за что, и нагрубить нельзя, и находиться с ним рядом опасно.
Под конец обеда я всё же решилась поговорить о его мальчиках, попросив его не следить за мной. Нахмурившись, он ответил, что они просто присматривают.
- Может, они еще и свечку будут держать? - рассердилась я.
- А есть с кем? - весьма заинтересовался он.
- А надо предоставить кандидатуру на утверждение?
- А было бы интересно посмотреть на этого смертника, - расхохотался он.
- А, ну да, я забыла, что за женщину меня не держат, - успокоилась я.
Игорь отодвинул стул, подошел и наклонился к моему уху. Меня накрыло легкой теплой волной мускусного древесного запаха, который едва-едва ощущался в машине, а сейчас будоражил кровь.
- Зря ты так... я ж могу и пересмотреть свое отношение...
От его тихого голоса с хрипотцой у меня в буквальном смысле 'шерсть на загривке стала дыбом'. Нет уж, нет уж... я уж лучше пешком постою...
Он отстранился и спокойно сел на свое место, как будто ничего и не произошло. Я попыталась спрятаться за бокалом. Господи, да я по сравнению с ним просто девочка, и вся моя выдержка и выучка летит к чертям! Властность и сила таких мужчин просто опьяняет, а жестокость и беспощадность заставляет ими восхищаться, сравнивая с дикими зверьми.
Остаток обеда прошел спокойно. Игорь старался расшевелить меня после демонстрации силы, а я отвечала на автопилоте. Доставив меня к офису, он помог мне загрузить в мою машину корзину с тюльпанами, которую я оставляла у охранников внизу, и попрощался, выразив надежду на новую незабываемую встречу.
Когда я вернулась домой, Полинка сообщила мне, что подарок нам на праздник она уже выбрала и договорилась, так что завтра от меня требуется соответствующая одежда: поедем на ипподром. Я обрадовалась возможности провести с ней целый день именно там. Мы иногда ездим в клуб проката, чтобы покататься на лошадях.
Ночью никак не могла уснуть. Воспоминания, разбуженные общением с Игорем, накатывали на меня волной. Вот мы сидим с мужем в небольшом ресторанчике, отмечаем радостную новость: у нас будет дочка. Через какое-то время Мишка извиняется и выходит из-за стола. 5 минут... 10... 15... его всё нет. Я выхожу в фойе, чтобы поискать его. Он как раз заходит с улицы, и я спрашиваю, что случилось. Он резко припирает меня к стенке, держа за горло так, что я практически не могу дышать, и говорит, чтобы я не лезла не в свое дело, что я ему не нужна и являюсь обузой в жизни, чтобы я убиралась к себе и молила бы бога, чтобы никогда больше не попасться ему на глаза. Шок - это ничего не сказать. Таким я его никогда не видела: в глазах ни капли тепла, только презрение и желание раздавить. Боже! Не хотелось верить, что я обманывалась, что всё время, проведенное вместе, - это фантом. Он меня чуть тряхнул всё также за горло, слегка приложив головой о стенку, и спросил, всё ли я поняла. Я молча кивнула, не в силах вымолвить ни слова. Он отпустил меня и, развернувшись, ушел обратно в зал. Я выскочила на улицу, благо сумочка была при мне, запрыгнула в такси и отправилась в свою квартиру. Эту боль не описать. Меня раздирало на части от обиды. Ведь можно же было как-то по-другому расстаться. Ведь он прекрасно знал, что держать его не буду, что отпущу, если попросит - об этом мы когда-то договаривались. Не помню, как открывала дверь, как рухнула в кресло, не знаю, сколько просидела в темной комнате без движения и как там же уснула. Очнулась от того, что кто-то прислонился к моим ногам. Я открыла глаза и в свете, льющемся из коридора, увидела Мишу. Непрошенные слёзы полились из глаз, я старалась остановить их, чтобы он не видел, как мне больно.
- Простите меня, мои девочки, - прошептал он, - так было надо.
- Ты мог просто сказать, что мы расстаемся, а не делать это так... - у меня не нашлось определения.
- Послушай, что я сейчас скажу, и запомни это навсегда. У меня нет никого дороже тебя с малышкой. Я вообще не имею право на подобное счастье, просто не достоин, и я сделаю всё, чтобы защитить вас. Поверь, я никогда не причиню вам вреда и всё, что я делаю на публике, - значит так надо, чтобы обезопасить вас от меня самого. Я многого не могу тебе рассказать, я пойму, если ты не захочешь больше меня видеть. Я приму твое решение и уйду.
- Объясни, что случилось в ресторане, - хрипло произнесла я.
- Там были люди, у которых ко мне счет, - жестко ответил он. - Эти долги я сегодня роздал.
Я не стала уточнять, потому что не хотела знать, каким образом он раздолжился и что это были за долги.
