Он нырнул во внутренней карман куртки и достал сложенный лист. С улыбкой его раскрыл, поднял почти на уровень моих глаз и развернул.
Я склонила голову на бок, и ошалело уставилась на своё фото. Однако. И это было ещё не самой страшное, внизу шли совершенно подозрительные надписи.
Объявлена награда за голову
В размере 1 000 000 $!
Сколько? Что значит за голову?
Данная особь позорит весь наш вид и в наших общих интересах избавиться от неё.
— Чего? — вырвалось глупо из губ и я поспешила отставить от себя кружку, руки задрожали.
Я выхватила это совершенно несуразное объявление и несколько раз прочла, чувствуя, как дрожь от холода заменяется нервной. Дыхание сбилось в груди, стало вдруг жарко. Одеяло рухнуло к ногам. Я прокрутила бумагу, с обратной стороны лист белый лист. Что за бред? Особь? Какой такой, блин, вид я позорю?
— Это какая-то шутка, да? — изумленно уточнила, еле слышно и вновь взглянула на Натана, который самодовольно явно следил за мной реакцией.
— Да нет, Дана, никаких шуток. За твою голову назначена награда и как ты видишь далеко не маленькая.
Я запустила пальцы в волосы, начав раскачиваться на носках. Да бред какой-то!
— Кому могла понадобиться моя голова? Зачем? За что? Почему? — из губ полился нелогичный поток слов. — Только голова? Остальное тело не надо? Глупость какая. Да не может быть такого. В жизни ничего не плохого, не интересного не делала. Я же обычная девушка. Обычная!..
— Именно потому что ты обычная девушка я сейчас здесь и ты ещё пока жива, — Натан решил меня в конце концов перебить и поднялся, заставив меня дернуться назад. — Даю тебе фору. Скажем, — он оссекся, задумавшись, и затем уставился на меня, — Две недели. Беги Дана, как можно быстрее и как можно дальше. И никогда не оглядывайся. Если мы ещё раз встретимся, то я убью тебя.
Я замерла, глупо открыв рот. Мысли лихорадочно крутились в голове, но с губ так больше не сорвалось и звука. Что тут скажешь-то?
Натан медленно двинулся к выходу. Раздался хлопок захлопнувшейся двери. Я осела на пол, схватившись за голову, и закрыла глаза.
Какая реакция была бы адекватной на такое заявление? Обратиться в полицию? За мою голову назначена награда. Да кто мне поверит? Да я сама в это не верю!
Я поднялась и механически поплелась к двери. Прокрутила ключ в замке и уткнулась лбом в прохладное металлическое покрытие. Что делать? Действительно бежать? Это абсурд! Да и куда я собственно побегу? Даже не расскажешь никому, потому что это такая чушь. Вот так вот просто, ни с чего? Раз и я мишень? Так же не бывает. Этому должно быть объяснение во всяком случае.
Словно в трансе вернулась в кухню, подхватила лист, с которого на меня смотрело моё фото. Нервно разорвала на мелкие кусочки этот идиотский клочок бумаги. Это просто чья-то глупая и совершенно не смешная шутка.
Выходные пролетели быстро в основном в горизонтальном положении под мягким одеялом. С зевком смотрела на экран телефона и подавила тоскливый вздох. Стас не соизволил ни позвонить, ни хотя бы смс прислать. Мысль вернуться в родной город к родителям крутилась в голове и отогнать её так просто не получалось. Было всего одно но, вернуться, значит признать, что я облажалась. Когда уезжала с родителями довольно серьезно я поругалась. Открыла шкаф и вытянула куртку дрожащей рукой. За окном только начало рассветать, и было пора идти на работу. Как бы я не старалась держать себя в руках, но страх сжимал все мои внутренности. Выходить на дикий холод в принципе не хотелось, а если учесть что ещё… Да ну нет. Просто нет! Никому не нужна моя голова. Никто не собирается меня убивать. Зачем бы кому-то это понадобилось? Слишком много мыслей, нужно просто выйти из квартиры и двинуться на работу. Всё как обычно. Отработаю и буду дома однозначно в безопасности. Старательно отгоняла мысли о том во сколько и как я буду добираться до квартиры.
С облегчением выдохнула, схватившись за ручку двери в кафе. Путь прошёл без происшествий, не единой души не встретила. Единственная незадача, что я снова замёрзла. Оказалась в просторном ярко освещённом помещении. В лицо тут же повеяло тёплым воздухом, и приятными ароматами кофе и выпечки. Не скажу, что в восторге от своей работы, но и особой ненависти к ней не пытаю. У стойки стоял администратор, который сосредоточено изучал бумаги в своих руках. И между столов маячила уборщица с шваброй.
— Дана? — приветливо улыбнулась мне Нина, вскинув голову. — Ты чего так рано?
— Доброе утро! — с улыбкой отозвалась я, стягивая с волос шапку. — Холод дикий на улице.
— Скорости добавляет? — хмыкнула Нина, уложив подбородок на кончик швабры, и стала изучать меня своими голубыми глазами, полными словно материнского тепла.
— Не то слово, — хохотнула в ответ я. — По кофейку, чтобы разогнаться?
— Ещё спрашиваешь!
Мы заняли столик у окна. До начала открытия кафе и соответственно моей смены оставалось ещё двадцать минут. Я обхватила горячую кружку ладонями, пальцы продолжали дрожать от холода.