— Ты его раздавила, — насмешливо шепнула она подруге, указав кончиками ушей на Крылатика, что сконфуженно шел впереди. После, подмигнув котятам, черная проказница спокойненько улизнула от них, якобы заведя разговор со своей матерью.
— Пшеничка! — от наблюдения за Лазейкой кошечку отвлёк строгий голос отца, и она нехотя повернулась в его сторону. Они уже были у родной палатки. Только детская была устроена в кусте утесника, колючего, но надёжного, но малышка уже мечтала о той поре, когда сможет, как и все взрослые, спать под открытым небом, как и полагается котам племени Ветра. Помнится, Крикливый часто рассказывал, что Ветряные ближе всего к предкам и всегда защищены их взорами, ведь на пустоши ничто не мешает Звёздному племени присматривать за своими детьми. Но пока Пшеничка была лишь котёнком, а трясущаяся над ними Ласка уж точно не позволила бы дочери спать на улице. Ещё бы — простынет, заболеет, не дай предки!
— И что мы будем делать? — без особого энтузиазма спросила кошечка, склонив головку.
— Детскую укреплять, — деловито ответил Ветрохвост. Он вытащил из-за камней заранее приготовленные ветки. Тут же кошечка узнала те, что они с Крылатиком собирали у палатки старейшин и по лагерю. Вот для чего они! Пшеничка попыталась обнюхать веточки утесника, но колючие, изогнутые ветви чуть не укололи ей нос, поэтому она отдернулась, недовольно фырча.
— Подавайте мне ветки по одной, — воитель заскочил на невысокий камень возле задней стенки палатки, ожидая. Крылатик первым вытащил длинную ветку, аккуратно держа ее зубами, и неуклюже протянул отцу. Пшеничка внимательно наблюдала, как кот взял ветку и аккуратно вплел ее в крышу детской. И как он не колется? Там ведь столько шипов! Осмотрев одну из веток, она нашла место без колючек и ухватилась зубками за него, поднимая ношу. Ух, какая же она тяжёлая! Слегка накренившись, она передала плеть вверх. Её Ветрохвост столь же умело пристроил сбоку.
После третьей переданной ветки Пшеничке показалось это вечностью. Как же невероятно скучно! Неужели вся взрослая жизнь такая? Нет, не такая, и она это прекрасно понимала. Она ведь видела, и не раз, как коты уходят и приходят, приносят добычу, обсуждают что-то, шутят — но котятам путь в круг воинов был заказан. Нечестно, что старшим достается все веселье, а котята должны сидеть сутками в лагере! Всего один разочек кошечка вышла посмотреть мир, он был таким прекрасным, а ее наказали! Ну и где тут справедливость?!
Стараясь не зевнуть, малышка огляделась. Где мама? В самой детской её не видать, может, пошла покушать? Подавая ветку за веткой скучному строгому Ветрохвосту, по совместительству отцу, Пшеничка искала глазами кремовую шерсть Ласки. Да не может быть, чтобы ее не было в лагере. Или может?
— Пшеничка! Хватит отвлекаться! — рявкнул недовольно «заботливый» папаша, и кошечка виновато прижала ушки, но после посмотрела отцу прямо в глаза.
— Успокойся, пап, — протянула она тихо, сама не зная, зачем — просто показалось, что так надо, какое-то неуловимое чувство, как интуиция. После она моргнула, чуть расслабилась и махнула хвостиком.
— А где мама?
— Она ушла с Канарейкой на охоту, — буркнул кот, однако, как подметила малышка, уже чуточку более дружелюбно. — Сказала, что хочет немного развеяться.
Кивнув, Пшеничка обратила внимание на бывшую кучку веток. Надо же, а их оказалось гораздо меньше, чем она предполагала! Ещё пару вплетённых плетей утесника, и Ветрохвост объявил, что работа завершена. Остатки, настолько жалкие, что кучей уже не назвать, были спрятаны все там же — за камнями, где должны были дожидаться своей участи.
— Неплохо справились, — воитель серьезно кивнул детям, а Пшеничка мгновенно воспряла духом. Ну, если папа похвалил, значит, действительно хорошо сработались! Она жадно посмотрела на кота, надеясь на ещё одну похвалу — наглеть, так наглеть! — но тот уже отошёл, кажется, договариваясь с Осеннецветик насчёт закатного патруля.
— А ведь нам тут недолго осталось! Через две луны уже будем оруженосцами! — радостно напомнила малышка, пихнув задумчивого братца в бок. Тот встрепенулся, сразу же переведя взгляд голубых глаз на укромный уголок под небольшим выступом скалы. Там было что-то вроде маленького углубления, и именно там в теплые времена года спали ученики. Котята в первые же две луны облазили там все и облюбовали себе места, договорившись, что Крылатик спит у самой скалы, Пшеничка — с краю, а Лазейка тогда смело заявила, что может спать где угодно, хоть посреди лагеря.
— Что будем делать? — спросил Крылатик, оторвавшись от созерцания столь желанного будущего места жительства и уставившись на сестру вопросительно.
— Сейчас придет патруль! — янтарные глазенки Пшенички заблестели, — поиграем с Одноцветом!