Потом они стали ездить в более приличные гостиницы – каждый раз в новые. Конечно, приходилось кое в чем экономить, но это было счастье! Ведь Светка уже стала забывать – какое оно, море! В детстве она отдыхала в Крыму в военных санаториях с папулей, иногда – только с мамой, когда папуля бывал, как обычно, занят. А потом пришла эта самая перестройка, которую папа и мама так не любили, да и Светке любить ее было, в общем-то, не за что. Пришла перестройка, и ушла
Лариса давно уже не отдыхала с родными, она, как сама считала, удачно вышла замуж за крутого топ-менеджера крутой топ-фирмы, который со временем стал ее владельцем, – и ездила с мужем в Европу и на экзотические острова. Но однажды они залетели и в Египет, чтобы – как объяснили – «отметиться». Остановились супруги в дорогущем отеле, вели себя высокомерно, и рядом с ними родители стухли, чувствуя себя неловко и как-то неполноценно. Уже на второй вечер, возвращаясь в свой «Гифтон», папуля отрезал:
– С Ларискиным
Но в тот раз они все-таки выдержали до конца. Ради Лариски: Светка понимала, что отец чувствует себя виноватым перед старшей дочерью, детство которой прошло в дальних гарнизонах, а младшей этого добра мало досталось – перевели в Москву. Самой Светке гарнизоны не мешали весело провести часть детских лет, ей там даже больше нравилось, чем в столице – свободнее и условностей в поведении меньше. Но Лариска-то искренне переживала! Она всегда интуитивно тянулась вверх, к власти и деньгам – в кого пошла, непонятно, – и в институте ощущала себя провинциалкой среди московской тусовки, в которую с трудом пробилась. Это чувство мучило ее всю не слишком долгую тридцатилетнюю жизнь, и папуля винил себя, что не отправил дочь в свое время в Москву к бабушке, своей матери, пока та была жива и даже намекала сыну на это… Но ему понравилось, что после замужества Лариса не оставила свою должность и к мужу под крылышко тоже не перевелась: предпочитала быть самостоятельной, чем очень напоминала отца – хоть в чем-то…
Папуля любил Египет, обожал плавать в горячем море, загорать под злым местным солнцем – быстро обгорал и снова шел на пляж. Вечером, когда мама со Светой отправлялись развлекаться: смотреть танец живота, шоу или просто потанцевать – танцевала дочь, а мама наслаждалась обстановкой и, по выражению папули, «бдила»; он же лежал у телевизора, смотрел местные программы и, как говорил, «совершенствовался в арабском». Он действительно знал несколько десятков слов и мог при случае объясниться в кафешке или с таксистом. Его «боевая юность» была связана с Египтом, и он об этом не забывал, хотя и не мучил домашних воспоминаниями. Но «курортных» арабов он не любил: «Какие они египтяне?!» Позже Светка узнала, что папуля был прав: настоящие египтяне считают курортную обслугу сбродом. Истинным Египтом считался только Каир, а на север и юг от него находились «другие страны», хотя они давно уже стали провинциями большой страны.
Сказать честно, родители Светке на отдыхе совсем не мешали. У нее не было желания крутить курортные романы ни с туристами, ни с местными. Как и отец, она четко знала, что ей нужно. Строгое воспитание сделало свое дело, хотя она и не помнила, чтобы ей когда-либо что-то категорически запрещали. Как-то незаметно у нее завелся молодой человек, с которым учились на одном курсе, родители его одобряли и даже расстраивались, что молодые люди не торопятся оформить свои отношения. Почему это так – Светка сама не знала: парень был внешне очень привлекательный, умный, с фигурой спортсмена, и многие девчонки на курсе ей завидовали.
Все у нее в семье было прекрасно, но вокруг говорили, что без «предков» отдыхать «клево», и ей захотелось попробовать. А Олюня, много лет уже жившая в Египте, обещала устроить поездку удобно и недорого. Планировалось посетить Каир, потом Александрию, Шарм аш-Шейх – и улететь назад в Москву снова через Каир. Олюня, один раз рискнувшая отправиться на родину чартером из Шарма, с ужасом вспоминала полет и – самое главное – его многочасовое ожидание, и настояла на том, что лететь надо «Аэрофлотом» или, на худой конец, «Египетскими авиалиниями» – и только из Каира. «Ничего, сэкономим на другом!» – уверенно заявила она старой подруге.
Но встал вопрос: с кем ехать? Общительная и доброжелательная, близкими подругами Светка почему-то не обзавелась, просто было с кем погулять, сбегать в кино, потом – на диско, позже появились молодые люди. Ближе всех ей была Наталья, бывшая одноклассница, девушка не от мира сего, взращенная интеллигентной бабушкой при полном неучастии вечно занятых родителей, сначала делавших карьеру, а потом увязнувших в «бизнесе», и настолько неприспособленная к жизни, что над ней в школе постоянно смеялись. Зло и распущенность, которые пришли в школу тогда, когда девочки ее заканчивали, почти не коснулись приятельниц. Но, честно сказать, было над чем улыбнуться.
