– Нет-нет! – старушка замахала руками. – Я лучше с вами. Вы – человек надёжный, сразу видно. Вон девочки со мной согласятся. Верно я говорю, девчат?
– Само собой, – кивнула Света, еле сдерживая смех.
А Лида хмурилась и была явно недовольна. То ли тем, что автобус сломался, и им придётся идти пешком. То ли тем, что у них в компании народу прибавилось.
– А ты мне, девочка, знакома, – присмотревшись к Свете, заявила старушка с авоськами. – Уж не Симкина ли внучка?
– Угадали.
– О-о-о… Давно тебя не видела. Выросла, ничего не скажешь. А к бабушке чего решила приехать? Ты ж вроде в город перебралась.
– Да так, погостить.
– Огородом-то некому заниматься, – посетовала старушка. – Правильно, девочка, правильно. Старикам надо помогать. Так что держи, сынок, – и, поднатужившись, оторвала от земли самую большую сумку и вручила её Максу. – Ох, не могу… Упрела… Солнце-то жарит совсем по-летнему.
Света с сочувствием посмотрела на Макса.
– А тебе сегодня везёт, Максим. Три попутчицы в один день.
– Как бы ещё не прибавилось, – вырвалось у него.
Лида метнула на Макса взгляд, который явно говорил: если мы тебе мешаем, можешь идти один своей дорогой. И он, заметив это, поспешил объясниться.
– Я просто… я не то имел в виду. Пожалуйста, не подумайте ничего плохого. Я… я всех вас доведу, куда нужно.
– Главное – чтоб не до ручки, – усмехнулась Света.
Он засмущался, отвёл взгляд. И в эту самую минуту увидел вдалеке ехавший в их сторону трактор.
– А вот и обещанное подкрепление.
Повидавший жизнь суровый МТЗ-82 синего цвета ехал по пыльной дороге, переваливаясь с боку на бок. Сзади виднелся прицеп, который мотыляло туда-сюда.
Ехал он медленно. Понадобилось несколько минут, чтобы он добрался до места вынужденной стоянки автобуса и заглох. Сквозь запыленное стекло кабины водителя было плохо видно. Но тот, кто управлял автобусом, по-видимому, его узнал.
– Петруха! – ринулся к нему. – Ну, ты шустер! В два счёта обернулся. Расскажи хоть, как удалось развить такую скорость на этом старом дрындулете.
«Петруха» открыл дверь и спрыгнул на землю. Стряхнул пыль с сапог, потёр руки друг о друга. Выглядел он как-то маловато – и ростом, и сложением. Клетчатая рубаха, заправленная в широкие штаны, была ему явно не по размеру. Кепка, нахлобученная на голову, скрывала почти всё лицо.
– Не, не Петруха, – заключил водитель автобуса. – Обознался. А трактор-то его!
– Здорово, дядь Лёш, – звонким голосом сказал тот, кого за Петруху приняли. – Что это вы меня не признали?
Блеснули озорные карие глаза. И чуть наморщился курносый нос.
– Саввка, что ли? – предположил водитель автобуса. – Ну, ничего себе, ты вырос!
– Какой Саввка? Он ещё в школе в шестом классе учится.
– А тогда откуда у Петрухи сын? – недоумевал дядь Лёша. – Я только Саввку помню.
– Да Васька я. Васька!
Дядь Лёша обомлел.
– Васька? – сначала с недоверием переспросил. Но, приглядевшись, убедился, что это так и есть. И, раскрыв объятия, уже совсем другим, весёлым голосом закричал. – Васька! Ну, ты даёшь! Встретил бы в Григоровке – ни за что не узнал. Какими судьбами?
– Да вы же сами звонили отцу. Просили помочь.
– Звонил. Просил. А где отец?
– Я вместо него, – пояснил Васька. – Отец сегодня выехать не смог. Ему с утра плохо было. И до сих пор не отошёл.
– Вон оно что… – протянул водитель автобуса, дядя Лёша. – Если с утра плохо, значит, с вечера было очень хорошо. Перебрал папаша?
– Есть немного, – Васька не стал отпираться. – Поэтому сегодня вместо него я. Вам повезло. Я тут неподалёку в десяти километрах как раз в это время. Отец перезвонил мне, попросил приехать, помочь. Что тут у вас?
– Заглох, как обычно. ПАЗик мой давно на ладан дышит. А замену не дают. Говорят: ещё не один год проездит.
– Особенно по нашим дорогам, – поддакнул Васька. – Ну, так какая вам помощь нужна?
– Мне, собственно, ничего не надо. Я буду ждать, когда из города за мной приедут. Автобус бросить нельзя. А вот пассажиров бы до Григоровки довезти. Ты ведь туда собираешься?
– Конечно.
– Вот и хорошо, – водитель автобуса обрадовался, что нашёлся человек, которому можно своих пассажиров перепоручить. – Их не так уж и много.
– Ничего, – сказал Васька. – В прицепе всем места хватит, – и повернулся к молча стоявшим и глазеющим на него пассажирам. – Ну, что, кого до Григоровки подбросить?
Первой откликнулась та самая старушка с авоськами.
– Молодой человек, а нельзя ли как-нибудь вместе с вами в кабину сесть? А то я в прицепе никогда не ездила.
– Не бойтесь, бабушка. Всё будет хорошо. В прицепе вам понравится, – заверил Васька.
Но старушка, не поверив, подошла ближе. Прищурившись, стала внимательно рассматривать технику. Затем – Ваську. А потом сделала вывод:
– Что-то я тебя никогда раньше не видела. Ты точно из Григоровки?
– Точно.
– А то увезёшь нас куда-нибудь. Кто тебя знает?
– Больше мне делать нечего, – выпалил Васька и к двери кабины направился. – Поедете или нет?
Пассажиры переглянулись, потом зашептались. Макс, за всё это время не проронивший ни слова, решил выйти вперёд.
– Я поеду.
