Он – самовлюбленный тип не пропускающий ни одной юбки. Его улыбка – обезоруживает, а присутствие рядом – деморализует.Я терпеть не могу таких мужчин!В прошлом у нас была всего одна жаркая ночь, которую мы оба предпочли забыть. В настоящем нам предстоит провести целый месяц бок о бок, а вокруг: море, солнце и жаркий Сочи.Я не должна была сопровождать Сергея в очередной командировке. Я готовилась к долгожданной свадьбе. Но приказы начальства, как известно, обсуждению не подлежат…
Стеф
– Ростовцева! – звучит громогласное на весь конференц-зал.
Три десятка пар глаз коллег как по команде устремляют свой взор на меня.
Я подскакиваю с места, одергивая юбку:
– Здесь, – поднимаю руку, чуть не опрокинув бумажный стаканчик с кофе. Ловлю в полете. Пара шустрых капель все-таки умудряются пролиться на документы, застывая несуразными кляксами. Ох, придется перепечатывать.
– Надо же, не опоздала на утреннюю планерку, – самодовольно скалится заместитель руководителя, сверкнув в мою сторону своими идеально белыми зубами. – Похвальный прогресс, Ростовцева. Растешь.
– Стараюсь, – шиплю, силясь удержать на лице вежливую улыбку.
За три года работы я проспала и опоздала всего раз. Один! На прошлой неделе. И то не по своей вине. По вине сдохшего за ночь телефона. Единственный промах, который, чую, Людвига Львовна будет мне припоминать до конца жизни. Ну, или пока кого-нибудь из нас не уволят. В этом вопросе я с радостью уступлю ей пальму первенства.
Несмотря на то, что я, старший дизайнер в отделе, фактически – руководитель отдела, эта грозная тетка пятидесяти лет умудряется раз за разом построить меня, как пионерку, и вогнать в краску перед десятком моих подчиненных. Так что, да, если кого и увольнять, то точно не меня. А самое прикольное – я понятия не имею, с чего она так меня ненавидит.
– Так держать, Стефания. Итак, у меня для тебя хорошая новость.
– Правда? – что-то сильно сомневаюсь, ибо понятия “хорошего” у нас сильно разнятся.
– Правда. Пляши. Завтра ты летишь в командировку с Сергеем Романовичем.
Ну вот! Я же говорила!
Какая, к черту, командировка? У меня свадьба на носу!
– Людвига Львовна, я…
– О-о, – тянет женщина, – прошу так сильно не проявлять свою радость, Ростовцева. А то нам всем тут слегка не по себе, – язвит, чиркая что-то в своем планшете. – Рейс из Москвы в Сочи в десять утра. В восемь за тобой приедет служебная машина. Не опаздывай. Сергей Романович не любит ждать.
– Но, я не могу сейчас уехать! У меня…
– Решение не мое, решение начальства. Как ты понимаешь – обсуждению не подлежит.
Я стискиваю челюсти.
Решение начальства, значит? Сергей Романович – заносчивая задница и законченный эгоист! Он прекрасно был осведомлен о том, что в конце июня у нас с Федором назначена дата росписи. И, я больше чем уверена, потащил меня в эту дурацкую командировку намеренно, чтобы насолить мне и напомнить, кто у нас тут “большая шишка”. Гад! У него целый вагон личных ассистентов и жаждущих с ним “уединиться” длинноногих дизайнеров. Так почему я?!
– Потому что глаза у тебя красивые, видимо, – фыркает Людвига.
Я захлопываю рот. Похоже, последний вопрос был озвучен мною во всеуслышание.
Вдох-выдох, Стефа. Командировка, так командировка. Слетаем на пару-дней, наведем шороху, посоревнуемся в остроумии и благополучно разъедемся. Далеко настолько, чтобы не видеться еще полгода минимум. Тяну губы в улыбке, интересуясь:
– Надеюсь, это все… кхм, “хорошие” новости?
– Да. Ой, прости, нет! Забыла уточнить: с собой необходимо взять документы и вещи. М-м, на месяц.
Что? Что она сейчас сказала? Вещи на…
– Месяц?! – у меня тут же падают нос, душа и вера в светлое будущее. – Вы издеваетесь?! Это же аж до середины ию…
– Цыц, – пригвождает взглядом к месту Людоедовна.
– Вы не понимаете! У меня скоро с…
– Если у тебя есть какие-то претензии, Стефания, то ты вольна пойти к генеральным и самолично им их предъявить. Но, думаю, вряд ли Роману Викторовичу и Демьяну Романовичу понравится твой возмущенный демарш.
Тыдыщь.
Я снова затыкаюсь.
Стерва бьет прямо по-больному, зная, что я в жизни не решусь пойти жаловаться на Сергея и его решения Роме или Демьяну. Первый, в свое время, сильно помог мне с универом за границей, который мой балбес братец не смог оплачивать. Второй просто проявил сострадание, позволив никому не известной двадцатитрехлетней девчонке работать на их фирме старшим дизайнером. Да. Пойти и пожаловаться Бурменцеву и Нагорному-старшему я не могу. А вот надавать по голове младшему Нагорному очень даже. Аж руки чешутся!
Ар-р-р!
– Едем дальше, – посчитав вопрос исчерпанным, меняет тему Людвига. – Что у нас с новой коллекцией купальников? Эскизы еще вчера должны были появиться у меня на столе…
Мне не остается ничего, кроме как упасть задницей обратно на стул. Приплыли! Наш корабль любви с Федором причалил, даже не успев отбыть от пристани.
Он будет в бешенстве. Федя. Мы ждали этого дня год. Двенадцать месяцев! То у него командировка, то у меня нет настроения идти под венец. То очередь в ЗАГСе, то невероятно важный экономический форум в ОАЭ, который мой Федор “никак не может пропустить”. Только нам удалось выбрать день, и на тебе! Опять засада. Такими темпами я останусь старой девой, ни разу не выскочившей замуж. А все из-за этого… наглого Серого.
Нет, ну серьезно, почему я?
