– У нас гости, – шепнула, но Мори, видимо, раньше меня почувствовала приближение пришельца и уже стояла у входной двери, ощетинившись своими смертоносными шипами.
– Стой, где стоишь, – зло приказала она, видя, что я поднимаюсь с дивана и направляюсь в ее сторону. – Не лезь. Я ядовита, – уже более спокойно ухмыльнулась.
– Ничего Абигор мне няньку подобрал, никого лучше-то не было, что ли? – хмыкнула я и, вспомнив отца, зарыдала с новой силой.
– Нужно будет что-то сделать с твоими гормонами. Три месяца сопель я не перенесу, – поморщилась нянька и с силой распахнула дверь.
– Совсем дура, да, – держась за лоб, спросил ее стоящий на пороге качок, одетый в черные джинсы и толстовку с надписью «Металлика», – меня отец, вообще-то, помогать вам отправил.
– Архангел, – выдохнула Мори, превращаясь в отвратительную старуху с выжжеными глазами.
– Так-то лучше, – хмыкнул Ангел и по-хозяйски зашел в мое убежище, – не придется вновь лишать тебя глаз, нечисть. Михаил, – представился он и, протянув огромную ладонь, положил ее мне на живот. – Вам можно просто, Миша.
– Очень мило. А вы с кем разговариваете? – хмыкнула я и, некультурно развернувшись спиной к нахалу, пошла в свою комнату, оставив озадаченного «простомишу» в компании ядовитой слепой старухи. Этот балаган начал меня раздражать.
– Да уж не с тобой, конечно, пробирка, – нагло засмеялся Архангел. – Я разговариваю со спасителем, – закончил нахал, когда я уже вышла из комнаты.
– Ну ты и урод, – пробормотала Морриган. – Ушлепок крылатый. Кто тебя только воспитывал?
– Да, я тебя …. – начал было Михаил, но мне стало неинтересно, что он обещает моей нянюшке, и я не стала задерживаться, чтобы дослушать перебранку сверхъестественных существ.
В спальне я свалилась на кровать и смежила веки, пытаясь заснуть и не думать о бросившем меня черноглазом утырке, разбившем мое девичье сердце. Погоревав минут пять, сама не заметила, как уснула.
Проснулась от того, что каменный, основательно построенный особняк содрогнулся. Открыв глаза, даже не сразу поняла, где нахожусь, но новый толчок стряхнул меня с кровати. Я упала на пол и затрепыхалась, как выброшенная на берег рыба, запутавшись в пледе.
– Твой с Архангелом сейчас поубивают друг друга, к чертям собачим, – восторженно объявила Морриган, появившись на пороге. – Такое месилово устроили – песня. Дом только, боюсь, восстановить потом не удастся. А и черт с ним, – весело выкрикнула она и припустила вниз досматривать шоу с совсем даже не старушечьей прытью.
– Эй, меня подожди, – избавившись от пут, я ломанулась вслед за нянькой.
От радости, что Асмодей вернулся, даже не обратила внимания на ее слова о бойне, развернувшейся в холле, потому замерла на лестнице, увидев картину, повергшую меня в шок. Дом напоминал Помпею в последний ее, самый трагичный день. Драчуны стояли в центре, друг напротив друга, заполнив своими раскрывшимися крыльями все пространство огромной комнаты, в которой не осталось ни одного целого предмета.
– Тебя никто не звал сюда, – зарычал рыцарь, сверкая глазами на воинственно настроенного Простомишу.
– Конечно, – криво ухмыльнулся Архангел, – ты сделал, все что мог, демон. Я, между прочим, по твоей милости тут. Если бы некоторые рогатые особи не занимались непотребствами с дочерью антихриста, ну, или хотя бы предохранялись, сидел бы я себе на небесах, да нарзан попивал вместо того, чтобы еще нерожденных младенцев охранять.
– А он, между прочим, нашу девочку пробиркой обозвал, – кляузным голосом внесла свои пять копеек Морриган, забыв, что совсем недавно говорила, что я, в общем-то, разменная монета в ситуации с божественным ребенком.
– Убью, – зарычал Асмодей, выхватывая ангельский клинок.
– Ты? Меня? – издевательски захохотал Михаил и пошел в наступление. – Меня, сына божьего? Ты же знаешь, что я могу уничтожить тебя одним словом!
– Я, так-то, тоже Богу ближайший родственник, – ухмыльнулся Рыцарь. – Думаю, что отец не погладит тебя по голове за самодеятельность.
– Проверим? – тихо спросил архангел и поднял руку. – Тоже мне родственник, шавка Люциферская, – взревел он, и я увидела, как черноглазый сжал зубы, испытавая, по всей видимости, страшную боль.
– А ну, отойди от него, – заорала я, чувствуя просыпающуюся во мне яростную энергию. Михаил повернулся в мою сторону, изумленно уставившись на меня.
– А то что? – нахально поинтересовался он.
– Напрасно ты пернатый меня злишь, – услышала я странный голос, несущийся из моего горла. – Тяжело тебе будет, Миша, сломанными руками выбитые зубы собирать, – сама того не желая, захохотала. Архангел упал на колени, неестественно прогнувшись в позвоночнике, и заорал так, что оставшиеся целыми лампочки полопались с разрывающим перепонки звоном. – Ты тут в гостях, уяснил? – спросила я, подойдя вплотную к корчащемуся на полу ангелу, и от души пнула его в бок.
– Так его. Так, – захлопала в ладоши нянька и занесла для удара сухую ногу, искореженную артритом.
