Я в теле бастарда, за которым идёт охота. Вокруг крупные кланы, готовые сожрать любого, кто бросит им вызов. Но со мной осталась моя магическая сила, мой опыт и решимость. Я достигну цели и покажу всем, как надо брать власть в свои руки. Я создаю свой клан бастардов!
Удар привёл меня в чувство. Нижнюю челюсть в районе правой щеки обожгло резкой болью. Довольно непривычное чувство – боль. Вернее сказать, с ней то я очень хорошо знаком, вот только давно не испытывал.
– Он кажется всё же жив, господин.
– Жив? Тогда забирайте его! Приведите завтра, на последний этап, – голос, который раздался где-то в глубине просторного помещения, был ослабшим. После слов я услышал громкое хриплое дыхание, которое сменилось сухим кашлем.
Меня тут же подхватили за обе руки и оторвали от каменной поверхности. Я ощутил, как по телу, под тонкой рубашкой, струится пот.
Буквально на секунду я смог разглядеть сгорбленную, тощую фигуру, которая сидела у дальней стены за небольшим столом. Видимо это и был тот, кто отдавал приказы. Лицо разглядеть не удалось, перед глазами была какая-то пелена, которая постепенно расступалась.
Ноги не слушались, а руки безвольно повисли на двоих здоровяках в тёмных балахонах, которые тащили меня по узкому каменному коридору.
Но это не значит, что я был беспомощным. Мозг нещадно работал, анализируя окружающую меня обстановку.
В первую очередь тело. Моё новое тело, которое очень слабо отзывалось на импульсы головного мозга. Мышцы слабые, всё болит. Зрение до конца не восстановилось, голова гудела, во рту пересохло до такой степени, что я ощутил неприятную боль в горле, когда попытался сглотнуть.
Я бросил взгляд на одного из охранников. Здоровенный шкаф – такое определение подходит ему лучше всего. Его крепкая рука, словно звериная лапа, вцепилась в область моего плеча и сжимала его с такой силой, что кость явно едва выдерживала такой нагрузки.
Лицо было скрыто капюшоном, лишь изредка, в свете редких ламп, мне удавалось разглядеть выступающий подбородок, покрытой щетиной.
Через минуту меня швырнули внутрь небольшой камеры и с оглушительным хлопком закрыли металлическую дверь.
– Хорошего вечерочка, – раздался басистый голос из-за двери.
Оба амбала залились смехом и ударив пару раз по двери, будто проверяя её надежность, они начали удаляться по коридору.
И у меня наконец-то появилось драгоценное время на то, чтобы всё обдумать.
Я бегло осмотрел помещение. Узкая кровать с матрасом, к которому даже прикасаться было страшновато. Ведро, которое очевидно служило туалетом. На липком деревянном полу огромные пятна. И мне очень не хочется знать их происхождение.
На мне порванные на бедре брюки, белая рубашка, которая покрылась заметным слоем грязи.
Быстро засунул руки в карманы. Ничего.
И только сейчас я понял, что не проверил самого важного. Я закрыл глаза и сосредоточился. Моё нынешнее тело не позволяло использовать мои способности с той скоростью, к которой я привык за долгие века своего существования.
Век? Новое слово, но которое было полностью мне знакомо. В этот момент стало очевидно, что моё сознание сплелось с памятью прошлого носителя этого тела.
Отлично, значит уже будет проще адаптироваться. Итак, на чём я остановился?
Я снова сосредоточился, закрыл глаза. Как я и ожидал, моя сила осталась при мне, только вот это было верно лишь от части. Мой дар будто разорвали напополам. Этого я и опасался, всё-таки у меня сменилось тело, а это вызывает некоторые опасения. И они оказались оправданы. Ранее я контролировал болезни. Это касалось их лечения, так и их стремительного развития. Теперь же от лечения не осталось и следа. Осталось только развитие заболеваний. Стремительное, смертельное. Досадно, ведь частично своей силы я лишился.
Но всё-таки её часть была со мной, а значит мне пора находить выход из ситуации. Я тут же проверил своё тело.
Само собой теперь я не мог бы вылечить какие-то заболевания, если бы они были у моего нового тела. Но знать об их наличии – это штука очень полезная.
Я всё-таки не лекарь. Хм, лекарь – это ещё одно новое слово, которое теперь кажется мне очень знакомым, можно сказать родным. Совсем скоро я перестану даже обращать на них внимание.
Я осмотрел стены своей камеры. Потрогал их, ощущая прохладу, которую они источали. Втянул ноздрями прохладный воздух и поморщился от кислого запаха, который царил в помещении.
Я уселся на край кровати после того, как мне удалось обнаружить самое “чистое” место на матрасе.
Сейчас у меня появилось время, чтобы всё обдумать. Что последнее я помню?
Предательство.
От этого воспоминания я ощутил, как больно сжались челюсти. Я вспомнил, как получил удар в спину. Жил сотни лет, карабкался вверх в ордене, который присматривал за десятком миров.
