– Без понятия. – Затем вяло наколола на вилку несколько ломтиков огурца и сунула в рот. Видимо, своим необдуманным заявлением я окончательно оттолкнула от себя Кейдена. Не удивлюсь, если он больше и словом со мной не обмолвится. С другой стороны, мог бы просто сказать мне, что визит его отца – строжайший секрет. Я же не была ясновидящей, в конце концов.
– Разве Кейден не провожал тебя к моему отцу? – вырвал меня из мрачных размышлений Аполлон.
Откуда он обо всем узнал?
– Мхм. Ему внезапно понадобилось куда-то уйти. – Рассказывать Аполлону, почему Кейден на самом деле бросил меня, я не могла и не хотела.
– Может, у него снова свидание, – вслух рассуждал он, не сводя с меня взгляда.
Я пожала плечами, стараясь придать своему лицу равнодушное выражение.
– Вполне возможно.
Свою самодовольную ухмылочку он мог бы оставить при себе.
К нам присоединилась Афина. Девушка приобняла брата за плечи.
– Пойдемте поплаваем? – предложила она.
– Конечно. Почему бы и нет. Все-таки я приехала сюда, чтобы развлекаться, – ответила я.
Аполлон закатил глаза.
– Я все видела, – проворчала я.
– Ты и должна была увидеть.
– Супер. Я встретила Робин и Кейдена. Они тоже отправились в бассейн, – проигнорировала нашу перебранку Афина. Я прикрыла глаза и глубоко вздохнула. Отказываться уже было поздно, как бы мне ни хотелось отсрочить следующую встречу с Кейденом. Как Робин это удавалось? Стоило мне отвернуться на пять минут, как эти двое снова договорились куда-то сходить. Наверно, она устроила ему засаду.
Когда я распахнула глаза, у Аполлона подрагивали уголки губ. Он, казалось, по моему лицу прочел, что я предпочла бы свернуться калачиком на кровати с книгой в руках. Это семейство так хорошо разбиралось в людях, что даже пугало.
Мы подошли к бассейну, где Кейден уже упрямо плавал туда-сюда по дорожкам, а Робин сидела на краю бассейна, болтая ногами и наблюдая за ним.
– А вот и он, – шепнул Аполлон. – Ты взбесила его? Когда он злится, то может плавать часами. Вода – его стихия. Там он чувствует себя гораздо лучше, чем на твердой земле. А судя по тому, как яростно кузен рассекает руками воду, разозлился он очень сильно.
Я бросила на Аполлона сердитый взгляд, однако тот лишь рассмеялся. Не позволю ему вывести меня из себя. Пусть сам спросит у своего кузена, из-за чего он бесится. От меня больше никто никогда и ничего не узнает.
Джош помахал мне с противоположной стороны бассейна. Рядом с ним стояла Леа. Я оставила Аполлона, который действовал мне на нервы своими двусмысленными комментариями, и направилась к ним.
– Как прошло занятие? – поинтересовалась Леа, раздавая мороженое из сумки-холодильника.
– Мне разрешили остаться, хотя я и трети не понимаю. Но это, считай, маленький успех. – Я бросила свои шорты и футболку на свободный шезлонг.
– Ты справишься, – приободрила меня Леа. – Кстати, почему ты так стремишься выучить мертвый язык? – Она пошла дальше, а я последовала за ней.
Я смущенно улыбнулась.
– Хочу изучать археологию.
– Серьезно? По-моему, нет ничего хуже истории. Что может быть скучнее? Постоянно болтать о мертвецах и войнах.
Я рассмеялась. Двое парней окликнули нас, и я передала им эскимо прямо в бассейн.
– Почему именно археология? – снисходительно спросила Леа. У нее в глазах появился веселый блеск. – Хочешь найти сокровища Трои?
– Может быть. – Я откусила от мороженого. Примерно так я себе это и представляла в детстве. Но нельзя же признаться в этом Леа. О моей мечте знала только Робин.
– Эти сокровища – миф, – заявил Кейден, что внезапно появился возле нас и достал из сумки мороженое. – Их нет и никогда не было.
– Ты-то, конечно, знаешь, – огрызнулась я. Чертов всезнайка. На его загорелой коже сверкали капли воды. Плавки очень низко сидели на бедрах. Обязательно разгуливать в таком виде? Он ведь явно специально это делал. Ничего удивительного в том, что девчонки оборачивались ему вслед.
– Да, знаю, – усмехнулся Кейден, посмотрев на меня.
– Эй! – Леа шлепнула его по руке, когда он попытался взять второе мороженое. – Не наглей.
Он одарил ее улыбкой.
– Вообще-то это для Робин. – Кейден кивнул головой в сторону моей подруги, которая растянулась на шезлонге в своем ядовито-зеленом микробикини и помахала ему рукой. Он тут же развернулся и ушел вместе с мороженым.
– Классная татуировка, тебе не кажется? – Леа смотрела на его спину.
– Какая татуировка?
– Орел. Ты не видела? – спросила Леа. – Примерно здесь. – Она положила руку на место, где, как я подозревала, находился аппендикс. – Когда мне исполнится восемнадцать, я тоже себе что-нибудь набью. Точно.
Я совершенно ее не заметила. В нем было слишком много всего, чем можно любоваться. Кроме того, я была занята попытками злиться на него.
– Она что-нибудь значит?
Леа пожала плечами.
– У него и спроси.
– Ни за что. Не хочу, чтобы он думал, будто я интересуюсь им, – отрезала я.
Леа протянула девочке мороженое.
– Но ведь так и есть.
– Но ему не нужно это знать.
– Джесс. – Она по-дружески приобняла меня за плечи. – Если он еще ничего не понял, то он идиот.
– Так заметно?
