– Меня немного выбивают из колеи странные вещи, происходящие здесь. – И я влюбилась в парня, который и слышать обо мне не желает, запал на мою подругу и, ко всему прочему, является титаном.
Гера понимающе кивнула.
– Некогда люди считали наше существование абсолютно естественным. И не подвергали все сомнению.
– Значит, кое-что теперь изменилось. Это влияет на вас?
– Что вы больше в нас не верите? О небо, нет. Хотя людей вообще не должно было существовать.
– Простите, кажется, я на секунду об этом забыла.
– Извини, прозвучало невежливо, но тебе наверняка известно, что нам всегда было трудно оправдывать ожидания людей. От нас вечно кто-то что-то требовал… Я просто рада, что это закончилось. Мне хватает перемены настроений богов, нимф и титанов. Наш мир достаточно заселен. Для меня и Зевса стало облегчением, что больше не нужно заниматься проблемами людей. Если бы Прометей не настаивал на той идиотской сделке, мы бы и не думали приходить к вам.
– На какой сделке?
Аполлон нарочито громко кашлянул.
– К сожалению, мне нельзя рассказывать. – Гера взмахнула рукой. – Как бы сильно я ни хотела положить конец этой ерунде. Но я дала обещание Зевсу.
Снаружи донеслись шаги, и я услышала голос Афины. Вскоре она вместе с Зевсом появилась на кухне. Зевс удивленно взглянул на меня. Видимо, не каждый день у него на кухне находились человеческие девчонки.
– У нас гости? – с изумлением спросил он. – Тебе уже лучше?
Я смогла только кивнуть, потому что у меня пропал дар речи. Фигуру Зевса окружало слабое золотистое сияние. Незаправленная белая рубашка была поверх джинсов, и в кругу семьи он выглядел гораздо моложе и будто бы… божественнее.
– Ты не против? – встревоженно уточнил он. – Я могу вернуть более человеческий вид. – Свечение немного потускнело.
Я замотала головой.
– Нет, все в порядке.
– Спасибо. Я напрочь забыл, как тяжело целыми днями следить за тем, чтобы люди не заметили, как мы от них отличаемся.
Он остановился рядом с Герой и поцеловал ее. Богиню теперь словно окутала невесомая серебристая вуаль. Я перевела взгляд на Афину и Аполлона, которые тоже светились. Афина казалась такой красивой, что у меня едва не перехватило дыхание.
– Джесс нужно рассказать вам кое-что важное, – безо какого-либо предисловия объявил вдруг Аполлон.
Зевс выдвинул стул и сел. Гера налила ему и Афине воды с лимоном.
– А где Кейден? – сперва спросила я, не уверенная, будет ли он возражать, если я перескажу Зевсу его разговор с Агрием. С другой стороны, он мне этого и не запрещал.
Афина и Зевс обменялись взглядами.
– Он плавает с Робин, – ответила Афина.
Я сделала глубокий вдох. Меня это не волнует. Пусть купается с кем хочет.
Гера улыбнулась, посмотрев на меня, и я начала расслабляться.
– Лицо «любящей бабушки» она делала еще в те времена, когда пела мне перед сном колыбельные, – шепнул Аполлон.
Черты лица Геры незаметно изменились, и внезапно она превратилась в потрясающе красивую женщину.
– И это всегда помогало. Ты спал как младенец. Даже родная мать не могла успокоить тебя так быстро.
– Лето тебе в подметки не годится, – польстил ей Аполлон.
Гера снова улыбнулась.
– Рада, что ты так считаешь. Она никогда не упускала шанса покритиковать меня за спиной.
Зевса, казалось, ничуть не беспокоило, что жена так откровенно обсуждает с рожденным от любовницы сыном его мать.
– Она хотела, чтобы Зевс принадлежал только ей, – пояснила Гера и положила ладонь на плечо супруга. – Разумеется, я не могла это допустить. Лето пришла в ярость, когда Зевс сказал ей, что я единственная женщина, которую он будет любить до скончания времен. Ослепленная гневом, она распустила слух, будто я собираюсь убить ее и ее детей. Просто смешно. Я даже посылала Афину помочь ей при родах, люблю Аполлона и Артемиду как собственных детей.
Зевс ласково похлопал ее по руке.
– Не заводись, моя дорогая. Мы очень ценим твое доброе сердце.
– Вы – да. А Джесс знакома лишь с невообразимыми историями обо мне, что ходят среди людей. Я там обычно предстаю не в лучшем свете.
Мне показалось или у нее в глазах блеснули слезы? Гера отвернулась и завозилась у холодильника. Несколько минут спустя на столе стоял сочный лимонный пирог. Когда Аполлон потянулся за куском, она шлепнула его по руке.
– Сперва угощают гостей.
– Прости. – Аполлон умоляюще взглянул на меня. – Бери скорее. А то я умру от голода.
– Ты недавно выпил два шоколадных коктейля. От голода ты точно не умрешь.
– Знаешь, как сложно постоянно поддерживать человеческий облик?
– Не знаю. – Я взяла кусок пирога и откусила. Он таял на языке, а лимонный вкус оказался просто идеальным. – Очень вкусно, – пробормотала я с набитым ртом.
Гера просияла и разрешила остальным угощаться. За пару секунд с тарелки исчезло все до последней крошки.
– Надо было отложить Прометею. – Гера покачала головой.
– Кто не успел… – начал Аполлон, смахивая крошки со рта. Одного взгляда мачехи хватило, чтобы он виновато поднял руки.
– Это любимый пирог Прометея, – объяснила она и пожала плечами. – Значит, испеку завтра еще один.
