Влад довез меня до дома и уехал в кафе, которое организовал для похорон. Пусть он никого толком и не знал из приезжих, но он был сыном своей матери и обязан был проводить ее как подобает. Он хороший сын, не то, что я. Я уверена, что меня там все осуждали и перемыли мне все косточки. Но какая разница, если на самом деле они понятия не имеют, что творится у меня в душе?
Этим днем я позволила себе напиться в одиночестве. Я напилась настолько сильно, что на следующий день Влад мне рассказал как поднимал меня с коврика на пороге и нес в мою постель, а после лег рядом со мной и обнял.
Я ходила в школу и училась. Ходила на занятия по скрипке и играла. Я старалась продолжать жить, пусть это и было очень сложно.
С похорон мамы прошло две недели. Сегодня в школе должен быть зимний бал, а уже ночью и новый год. Но я не собиралась никуда идти и ничего праздновать. Я закончила полугодие отличницей, поэтому решила, что могу позволить себе отдохнуть. Просто отдохнуть. Ни о каком празднике не могло быть и речи. Для меня.
Жизнь разделилась на две части. Я живая и я мертвая. Белая страница и черная глава. Я была жива, но душа моя почернела. Внутри я умерла.
Сегодня я решила сидеть дома и не высовываться. Влад с самого утра уехал на работу и обещал приехать ко мне вечером, но я отговорила его. Он не виноват в том, что у меня никогда больше нет настроения, а праздника ему наверняка хочется. Пусть он отдохнет, сходит куда-нибудь с друзьями или встретит Новый Год у отца дома, с его семьей. Я хочу, чтобы с ним все было хорошо, хочу, чтобы он был счастлив независимо от меня и моего настроения.
Вот я лениво встаю с кровати и включаю музыку, чтобы было не так скучно проводить этот абсолютно обычный день. В последнее время я много сплю, поэтому с утра проводив брата, я опять легла в постель.
Я бросила взгляд в окно и хмыкнула. В Питере не может быть красиво зимой, особенно в канун Нового Года. Вместо прекрасных переливчатых сугробов, холодная грязь под шинами проезжающих машин и толпа людей. Сомнительная красота. Проклятый город.
Прошла в зал, с грустью посмотрела на елку, вспоминая, как еще совсем недавно наряжали ее вместе с мамой, семьей. Нам было хорошо. Даже очень хорошо.
Отвернулась и, не осознавая до конца что делаю, подошла к двери, что вела в комнату мамы. Обхватила ручку двери и открыла, проходя в небольшое помещение в голубых тонах. В воздухе еще ощущается аромат ее любимых духов. Кровать была идеально застелена, будто она только что встала и уехала на работу.
В районе груди что-то сильно сжало и слезы подступили к глазам.
Подхожу к белому комоду и смотрю на нашу семейную фотографию, которая была сделана еще при моем рождении. Я здесь совсем кроха. А мама, хоть вся и бледная, усталая, но светится счастьем. Папа тоже широко улыбается в объектив, обнимая маму со спины и с любовью смотря на меня.
Подумать только, еще совсем недавно самые близкие мне люди улыбались, смеялись, а сегодня они под землей. Я осталась совершенно одна. Без их защиты. Это больно - хоронить родителей...
Еще какое-то время смотрю на фотографию, а потом кладу вниз изображением и отхожу от комода немного назад. На глаза попадается моя синяя лента с выпускного за девятый класс и улыбаюсь. Я даже и подумать не могла, что она у нее.
На прикроватной тумбочке я увидела очки и приличного размера коробку. Беру ее в руки, открываю, в следующую секунду едва ли не захлебываясь слезами. Она сохранила каждую деталь моего взросления и складывала в эту коробку. Тут и мои волосы после первой стрижки, мои "рисунки", погремушка, пустышка, тетрадь с первого класса... В общем, все до моих нынешних лет.
Она любила меня.
Слышу как звонит мой телефон, кладу коробку обратно на тумбочку и выхожу из комнаты, вытирая слезы.
- Все хорошо. Все хорошо. Все хорошо. - твержу я сама себе.
Но нет. Ничего не хорошо. Я лишь обманываю себя.
Беру в руки телефон и вижу номер Лизы. Она звонит мне каждый день, пытается поддерживать, иногда приезжает и выносит мне мозг своей заботой, которая мне, по сути, не нужна. Я стараюсь всегда скорее выпроводить ее, ссылаясь на срочные дела, которых нет.
Нехотя приняла вызов и приложила телефон к уху, убавляя громкость на музыкальном центре.
- Привет, что делаешь? - тут же услышала я и сморщилась от ее слишком громкого голоса.
- Привет. Музыку слушаю, а что?
- Готовишься к Новому году или как?
- Или как.
А точнее говоря, вообще никак.
- В смысле? - не поняла девушка, а я невольно закатила глаза.
- У меня все к нему давно готово! - соврала я.
- Сто процентов ты собиралась одна праздновать, потому что я звонила Владику и тот сказал, что поедет к отцу. Я хочу встретить Новый год с тобой.
"Хотеть не вредно!" - подумала я, совсем не желая, чтобы она приходила ко мне домой и мне все-таки пришлось праздновать этот убогий праздник.
- Я буду отмечать не дома! - ответила я, опять соврав.
- А где? - удивилась девушка.