Я подняла руку и дотронулась пальцами до рта. Облизнула губы, ощутив солоноватый привкус крови. Затем опустила ладонь на грудь туда, где часто билось сердце.
Прикрыла веки, делая глубокий вдох и пытаясь совладать с эмоциями.
Какую игру затеял Феликс? Складывалось чувство, будто генерал вознамерился добиться того, чтобы единолично занимать все мои мысли. Я ведь только и делала, что думала о женихе! Причем о чужом.
Не стоило забывать, что я тут временно. Я не Лейла Раджа, и для меня не существовало будущего с генералом драконов. Ни в этом мире, ни в каком-либо другом.
Мне нельзя было думать о Феликсе, как о мужчине. Я должна была выбросить из головы все неуместные мысли о генерале. Но как это сделать, когда он постоянно тревожил мой душевный покой?
Я снова провела пальцем по нижней губе, вспоминая, как всего несколько минут назад, Феликс касался ее своим языком. Это не было поцелуем, но одно только воспоминание об этом бросало меня в жар. У меня буквально темнело в глазах, когда я представляла, что генерал делает это снова.
Ну все! Довольно!
Больше никаких мыслей о Феликсе. По крайней мере неприличных. Совсем не думать о генерале было бы слишком затруднительно, учитывая, что в этот самый момент я находилась в его замке, а вечером собиралась стать его женой.
Вероятно.
Так далеко в будущее я заглядывать не могла. До церемонии оставался почти целый день, и кто знает, чем все обернется в итоге.
Но я начала по-настоящему волноваться и переживать. На душе было неспокойно. Меня вдруг стало беспокоить что, если Феликсу грозит опасность? Или еще хуже.
Если ему откроется правда обо мне?
Я не была наивной, чтобы верить, будто у генерала было ко мне какое-то особенное отношение. Узнай Феликс, кем я была на самом деле и что сделала, он бы меня не пощадил.
И пусть сейчас он смотрел так, словно желал заполучить меня больше всего на свете, я прекрасно понимала, что это было только мимолетной страстью. Этого было недостаточно, чтобы генерал сжалился.
Вот только о чем я переживала сильнее? О своем благополучии, или о том, что Феликс мог меня возненавидеть?
Усилием воли я приказала себе выкинуть зеленоглазого генерала из мыслей и вернулась к размышлениям о планах отца.
Итак. Заключив брачный союз с Феликсом, шахрийский правитель получал относительно прочный мир с драконидами. Но отдать единственную дочь своим бывшим врагам означало бы отдать и свое наследие. В будущем шахрийский трон отошел бы к генералу драконов. Чего отец никак не мог допустить.
Однако, если избавиться от неудобного зятя, можно было заполучить не только владения генерала, но и его драконов. А позже правитель мог повторно отдать Лейлу замуж за кого-нибудь из шахрийской знати. В этом случае в наследнике будет течь только чистая шахрийская кровь.
Но тогда вставал вопрос брачной ночи. Ведь кто согласится взять принцессу в жены, если та больше не будет невинной? Значит, правитель сделает все, чтобы в глазах общественности его дочь оставалась нетронутой мужчиной.
Каким же образом? И какова моя роль во всем этом?
Я все больше склонялась к мысли, что отец с самого начала задумал, чтобы именно я была на месте Лейлы во время обряда свадьбы.
В груди тревожно стиснуло, когда на ум пришла догадка, что шахрийский правитель хотел убрать генерала моими руками.
Я не успела задержаться подольше на этом малоприятном предположении, как мои размышления прервало появление нескольких служанок.
- Госпожа, смотритель замка спрашивает вашего дозволения войти в покои, - сообщила одна из них.
Иными словами, Василь предупреждал о своем появлении, чтобы я успела надеть вуаль и накидку перед тем, как он переступит порог моей комнаты.
Мысленно усмехнулась. Шахрийские корни так просто не выкорчевать. Что было мне только на руку. Я до сих пор не знала прошлого смотрителя, и представлял ли Василь для меня угрозу.
Как только я закрыла волосы и половину лица, кивнула служанкам, чтобы они пригласили мужчину. Смотритель вошел плавным шахрийским шагом. В отличие от здешних мужчин и воинов, Василь двигался мягко и неспешно. Что волей-неволей навевало на подозрения о его высоком происхождении. Придется следить за каждым своим шагом, за каждым взглядом и даже за наклоном головы, чтобы Василь не догадался, что перед ним самозванка.
На обряде помолвки и последующем пире это притворство стало для меня стало настоящей пыткой. У отца имелось не мало противников среди знати, так что приходилось тщательно себя контролировать, чтобы те ничего не заподозрили.
Но в тот раз я справилась, а значит и сейчас все получится.
- Доброе утро, моя принцесса, - Василь уважительно поклонился и обернулся к дверному проходу. – Доставили сундуки с тканями и украшениями.
В комнату один за другим внесли целых пять сундуков, четыре из которых были забиты роскошным шелком, блестящим атласом и тончайшей органзой. А в пятом сундуке, размером чуть меньше остальных, лежали вышитые золотой нитью красные туфли и изысканные украшения, впечатляющие своим богатством.
И все в традиционно шахрийском стиле.
