— С прискорбием вынуждены сообщить, что надежды наши на исполнение мечты Юсты, павшей сто лет назад, не оправдались, — неторопливо заговорил один из старейшин, когда собрание началось. Ари с Дианой незаметно переглянулись, недоумевая, что они задумали, а Эмма-01, снова имеющая возможность поддерживать связь после перехвата сигнала с бункера, напряглась. — Пришельцы с запада получили необходимые данные и условия для работы, однако это не принесло желаемого результата.
— Они не смогли найти ошибки? — спросил кто-то, и старейшина обернулся, отрицательно качая головой.
— Не пытались. Они уничтожили архивы Юсты, когда получили отказ на снятие щита с города.
Толпа зашумела, а Ари, не сдержавшись, вскочил на ноги. Он едва не закричал, что старики лгут, как над головами пронесся звонкий хохот кого-то из лабораторий. Все замолкли, упираясь взглядом в кучку одинаково улыбающихся женщин-клонов, и те заговорили:
— И правильно сделали! Теперь мы можем смело требовать от них отдать свои данные! Раз ничего не дали наши — черт с ними, попробуем новую программу, которая теперь-то достанется задаром! Как все хорошо складывается, а мы только думали, как заполучить их архивы!
Ари и Диана снова переглянулись, на этот раз совсем не понимая, что происходит. Они не связывались с семейством Вега, но у тех, как оказалось, были свои планы на Оза. Веридия, глава семейства, прошла вперед и заговорила. Ее предположения, что, несмотря на такую потерю, все складывается как нельзя удачно, были убедительны и логичны. Кто-то начал прислушиваться. Женщины-ученые Веги долго спорили со старейшинами о том, что делать с Озом. Старики настаивали на его изгнании, женщины же утверждали, что это ничего не даст. Люди потихоньку начали делать выбор между двумя сторонами и решать для себя, что разумней: выгнать пришельцев с позором и жить дальше, оплакивая потерянные данные, которые им самим не дали ровным счетом ничего. Или оставить Оза и Эмм здесь, в городе, чтобы они сдвинули дело Юсты, застывшее больше века назад, с мертвой точки. Старейшины теряли терпение и говорили совсем нелогичные вещи, и чем дальше продолжалось собрание, похожее на гвалт и ругань, тем больше людей переходило на сторону Вега. В зале прозвучало тревожное предположение, что старейшины что-то скрывают, и не-люди вынужденно сдались и согласились с решением большинства, объявив конец. А люди, побывавшие на этом собрании, потом долго обсуждали странное поведение стариков и гадали, почему те так настаивали на изгнании парня. Когда Диана и Ари проходили мимо дома сплетницы Кармен, они услышали, как женщина визгливо уверяет кого-то, что данные уничтожил вовсе не мальчишка-пришелец, а сами старейшины, испугавшиеся потерять власть над городом.
— Значит, теперь нам нужно лишь договориться с лабораториями и объяснить им, что я с удовольствием поделюсь данными, когда вернутся Пятая с Дариной, если они снимут щит с города! — радостно выдал Оз, когда ему все рассказали. Эмма-01, фыркнув, заметила, что он уже не интересуется мнением дроидов, но все же согласилась, что это будет наилучшим вариантом, отметив, что сотрудничать с одним заинтересованным семейством проще, чем с кучкой не заинтересованных выживших из ума стариков не-людей.
— Ари, к вам это не относится, — тут же предупредила она, чтобы старик не обиделся. — Но это так. К тому же я так и не смогла ничего сделать с системой защиты города. Взломать ее смог бы, наверное, только Юко.
И Оз, задумавшись, с удивлением признал, что все, оказывается, правильно. Действительно: расчеты дроидов верны и то, что сейчас делают они все, — самое рациональное и логичное решение.
* * *
На исходе третьего дня Дарина остановила фургон раньше, чем рассчитывала, — тело не выдержало нагрузки. Спина, ноги и руки нестерпимо болели, и женщина, вывалившаяся на улицу, долго не могла разогнуться и сделать хотя бы пару шагов. Ее поднимала взволнованная Эмма, которая искренне испугалась за женщину.
— Все в порядке, — Дарина потянулась и захрустела костями. — Но мне надо размяться. Я пройдусь, ладно?
— Я с тобой, — безапелляционно отрезала Пятая и протянула согнутую в локте руку, предлагая на нее опереться. Дарина, усмехнувшись, отказалась. Они гуляли около часа, пока в баллоне не начал кончаться воздух. А потом Дарина, уставшая физически, но отдохнувшая эмоционально, сидела в фургоне и, пережевывая гадкие консервы Оза, смотрела, как Эмма-05 подключается к системе машины на зарядку. Блестящий когда-то металл ее корпуса, потемневший и поблекший от износа и царапин, двигался подобно живой загорелой плоти, и женщина списала это на тусклое освещение фургона — достаточное, чтобы различать предметы и ориентироваться, но недостаточное, чтобы называть его ярким. Пятая двигалась плавно, но иногда скрипела, отчего напомнила Дарине саму себя в начале прогулки.