Дарина, обведя взглядом присутствующих, сглотнула и, втянув в себя побольше воздуха, кивнула. А потом на негнущихся ногах залезла в фургон и обнаружила, что пассажирское место, где должна быть Эмма-05, пустует. Она завертела головой в поисках дроида и увидела, что Пятая снаружи. Стоит перед людьми. Будто кланяется. И наверняка что-то говорит. Женщина подумала, что не хочет знать, что же сказала дроид, и, чтобы отвлечься, принялась исследовать приборную панель фургона.
— Здесь есть система очистки воздуха? — спросила Эмма, когда заняла свое место и пристегнулась. — Ты без шлема.
— Да, — Дарина вздохнула, натягивая скафандр. — Но это старая уже машина, и здесь, в кабине, дышать будет нельзя. Но можно сзади. Там есть фильтры, и они даже рабочие. На этой рухляди наши лет тридцать назад пытались исследовать заброшенные города на предмет наличия живых. Втайне от старейшин, конечно…
— Так у вас всегда были с ними не очень хорошие отношения?
— Нет, — Дарина покачала головой. — Эти старейшины у власти только семь или восемь лет, и с ними у нас прекрасные отношения… Были.
Последнее было сказано таким тоном, что Эмма не осмелилась продолжать разговор. Дарина завела машину и, бросив взгляд на зеркало, увидела, что Ари с Дианой уже нет. Значит, и ей пора было в путь.
Крепко вцепившись в руль и стараясь не обращать внимания на непривычный шлем, пахнущий чужим потом, Дарина гнала на запад, разбивая старый фургон. А рядом с ней, по правую руку, сидел робот, клон которого несколько дней назад ее чуть не убил, и спокойно собирал пояс с обедом. Что-то зашипело, и женщина скосила глаза, улавливая, что закрытые консервы, которые Пятая держала в руке, оказались прикрепленными к специальной воронке, торчащей из скафандра.
— Это чтобы не нарушить герметичность, — объяснила Эмма. — Когда проголодаешься, потяни трубку справа. Если решишь поесть до остановки.
Дарина кивнула, но не воспользовалась советом. Лишь спустя два часа, ближе к пяти вечера, женщина, выведя машину из лесов, остановилась, потому что у нее потемнело в глазах. Эмма мягко прошептала:
— Тебе нужно отдохнуть — ты несколько суток почти не спала. И поесть.
— Не хочу, — Дарина поморщилась, отмахиваясь от заботы дроида, и Эмма-05 не нашла, что возразить. Женщина дождалась, пока голова снова станет ясной, и попыталась вновь тронуться, но, едва пошевелив рукой, она почувствовала себя ужасно. И до того, как Эмма напомнила, она, чувствуя себя маленькой девочкой, заглушила двигатель и перебралась в заднюю часть фургона. Там Дарина стянула шлем и скафандр и почти вырвала из протянутой руки Пятой несчастную баночку с маркировкой на незнакомом языке. Не глядя зачерпнула ложкой и скорчилась так, что Эмме показалось, будто лицо Дарины свело судорогой.
— Фу! Что за мерзость?
— Томатный суп… Невкусно? Оз это два года ел. Ныл, конечно, но ел.
— Два года?! Это же есть невозможно! Теперь понятно, почему он так отреагировал на то мясо! — Дарине хотелось выплюнуть то, что она только что попробовала. Но едва еда попала на язык, организм потребовал больше и прямо сейчас. И, поборов отвращение, женщина начала есть и смогла остановиться только после того, как умяла две порции. Обильно запив водой, чтобы перебить вкус, она пробормотала:
— Вот как вернусь, приготовлю этому герою что-нибудь действительно вкусное…
И осеклась. «Когда вернусь» никогда еще не звучало так зыбко и горько. Дарина вдруг почувствовала себя очень маленькой. Крошкой в огромном пустом мире, которому она не нужна. И это стало спусковым крючком. Дарина сорвалась. Она даже не плакала — тихо выла, обняв колени, а Эмма-05, пристроившись рядом, просто сидела и не знала, что делать. Женщина не выгоняла ее, не просила оставить в покое. Даже ничего не сказала, когда дроид тихонько принялась укладывать ее спать. Уместившись на узкой неудобной койке, измотанная Дарина, едва ее голова коснулась подушки, мгновенно уснула, как убитая.
— Я хочу домой… — донеслось от нее через некоторое время. И со стороны Эммы, тихо подключавшейся к системе фургона для зарядки, послышался еле заметный писк, а система доложила: эмоциональный модуль отключен.
Когда Оз проснулся, в запертом снаружи доме не было никого, кроме Дарьи и Эммы-02, которая никак не реагировала на внешние раздражители. Оз, перепугавшись до смерти, принялся трясти застывшего у стены дроида и не сразу заметил, что на нагрудной панели мерцает значок блокировки системы. Оз пытался включить Эмму, чтобы выяснить, что происходит, пробовал достучаться до Первой, которая как назло именно в тот момент была недоступна, рвался наружу и орал, зовя на помощь, так, что напугал Дарью, которая тщетно пыталась все объяснить на родном языке, до слез. Девочка запрыгнула парню на спину и вцепилась в его шею, желая остановить. И Оз действительно остановился. Сгреб Вторую в охапку, отсоединив от платформы, сел напротив двери, упершись в нее взглядом, и начал ждать.
