— Как страшно, — скривился Оз и начал наощупь пробираться вперед, крепко держась за стены, — его мотало во все стороны. Видимо, Эмма не пошутила насчет кочек. Ответа не последовало, хотя мальчику показалось, что он услышал злой смешок. Больно ударившись плечом, Оз зашипел и огляделся — здесь явно мало места. Коридорчик, вроде бы короткий, но непроходимый, был настолько узким, что даже дроиды на своих платформах здесь проехали бы едва-едва. Но наверняка трейлер был заточен под них.
— Эй, Первая, — позвал он, глядя в потолок. — А насколько этот трейлер большой?
Эмма долго не отвечала, и мальчик уже было действительно собрался назад, как услышал вздох:
— Не очень-то и большой. По размерам как обычная фура. Хотя…
— Я знаю, что такое фура, — перебил ее Оз. — И знаю, какого она размера. Но тогда почему моя комната такая маленькая? — он ухватился за какой-то выступ на стене и буквально на нем подтянулся. Равновесие держать было сложно. Оз ни разу не передвигался на чем-либо, кроме собственных ног и лифта.
— Потому что ты недальновидный болван. Спроси кого-нибудь из ходячих, они проведут экскурсию и покажут, сколько всего нужно держать тут, кроме тебя.
— А ты что? Неходячая теперь? — удивился мальчик и, ухватившись за стену снова, отдернул руку — панель вдруг отъехала. Оз оказался в кабине и своими глазами увидел ответы на все вопросы, роящиеся в голове.
Огромное лобовое стекло открывало картину, еще более жуткую и унылую, чем мелкое окошко в его отсеке. Здесь было шумно, тесно и неудобно — видно, что Озу тут делать нечего. Но взгляд мальчика зацепился за пустое кресло, и он поспешил приземлиться, чтобы не упасть на очередном вираже. Эмму-01 он так и не увидел.
— Не крути головой. Я везде. Смотри в экран. Да, сюда. Представь, что это я. Надень наушники — тут нет звукоизоляции.
— Закрой, пожалуйста, окна, — перебил ее мальчик, не двигаясь с места. — Они закрываются?
— Нет, — отрезала Эмма, и Оз отвернулся, стараясь не смотреть наружу.
Дорога, по которой ехала Первая, была занесенной землей и заросшей, но различимой. Она тянулась тонкой лентой старого асфальта куда-то далеко-далеко, была изломана, изрезана и разбита на куски трещинами, которые были настолько широкими, что колеса трейлера едва проходили их, а сам трейлер трясся, будто грозясь развалиться.
Первая больше ничего не говорила, и Оз, так и не заставив себя посмотреть наружу, ушел. Стена за его спиной вновь вернулась на место. Как только он добрался до комнаты и устало опустился прямо на пол возле кровати, вытянув ноги, у двери послышался голос:
— Выглядит так, как будто там была бомбежка, верно? Тебя именно это пугает?
Оз, обернувшись, различил на стальном плече Эммы номер. Пятая? Чего она-то тут забыла?
— Ты что, следила за мной?
— От самой кабины, — кивнул дроид и, приблизившись, вдруг начал щелкать затворами платформы. — Помоги мне спуститься. Не думаю, что тебя впечатлит мой самостоятельный кульбит.
Оз непонимающе скорчился, и Пятая, сокрушенно уронив голову, оперлась руками о края платформы и приподнялась, выразительно покачнувшись. Мальчик, вскочив с места, спустил располовинившуюся в районе пояса Эмму на пол, чтобы она не рухнула и не повредила пол и себя.
— Не знал, что вы так умеете… — растерянно пробормотал мальчик, и Пятая рассмеялась. Ее стальные веки двинулись, прикрывая глаза, и Оз понял, что впервые видит, как они двигаются в принципе. До этого ему приходилось наблюдать только за мимикой Эмм в обшивке, а там веки были силиконовыми.
— Только я умею. Отличный способ усмирить Смотрителя, знаешь ли, — просто залезу на стол, и он ничего не сможет сделать. От Четвертой мало толку, когда Смотритель начинает капризничать, вот мне и пришлось придумать способ сделать так, чтобы меня никто с места не смог сдвинуть, — беззаботно поведала Пятая, словно даже хвастаясь. Оз усмехнулся. Снова повисла неловкая тишина, на которую дроид, казалось, вообще не обращал внимания.
— А теперь, я так понимаю, ты пришла поговорить? — осторожно поинтересовался мальчик, когда Эмма, наконец, устроилась рядом с его кроватью.
— У тебя же куча вопросов, — она похлопала рядом с собой, приглашая присесть. — Но ты пойми: как бы ты ни спрашивал, они не скажут то, что ты хочешь услышать. Они просто не знают, а я знаю. У нас все-таки не совсем общая память. Есть отдельные блоки… Кстати, я попросила Первую отключиться от комнаты. Никто не узнает о нашем с тобой разговоре. Я могу сохранить данные в персональный блок, если хочешь.
Эмма замолчала и уставилась на окошко. Оз, проследив за ее взглядом, напрягся и сжал кулаки, но тут же почувствовал на пальцах прикосновение металла. Но Эмма даже не повернула голову в его сторону.
