Ещё одно движение подушечками пальцев и справа от него появился светящийся список с цифрой «1» и четырьмя фамилиями. Подполковник У проговорил их все и сказал, что озвученным людям нужно пройти первыми в дверь ангара и взлететь на первом флаере к первому полигону, где их ждет задание номер один.
Ряды испытуемых постепенно редели, а до меня список никак не доходил. Девочка с косичками ушла в пятнадцатой четверке. Я предполагала, что групп должно быть примерно двадцать пять, если нас всего около ста абитуриентов. То, что мы будем проходить испытание не в одиночку, даже несколько радовало. С одной стороны, это сложнее, так как придется работать сообща, но продуктивный диалог никогда не был моей слабой стороной, как-нибудь да справимся. А вот то, что испытание займет примерно три дня, заставляло радоваться компании даже малознакомых людей, преследующих общую со мной цель.
Моё имя было четвертым в двадцать второй группе. К этому времени мы были уже маленькой горсткой людей, так что я легко нашла глазами тех, кому предстояло пересечь этот последний перевал со мной.
Больше всего меня обрадовало, что в нашу группу попал Шота с медицины. Он быстро нашел меня глазами и сверкнул своей белозубой улыбкой на фоне темной кожи. Это маленькое проявление симпатии приятно согрело мою душу. Когда он двинулся в сторону ангара, я последовала за ним и, не удержавшись, взглянула в сторону Атона, где натолкнулась на ободряющий кивок. Я улыбнулась ему. В этот момент страх уже полностью отсутствовал, я сосредоточилась на задании, и невероятная удача в виде знакомого лица со мной в одной упряжи вдохновляла на дальнейшие свершения.
Поравнявшись с Шотой у двери ангара, я радостно с ним поздоровалась. Он пропустил меня вперед, а затем мы пошли вместе к лифту. Через минуту к нам присоединились ещё двое. Раз мы с Шотой — научники, получается, что они военные, но у них были другие нашивки, на которых не указывалась дифференциация по специальностям внутри космических войск. А сейчас на новых костюмах нашивок и вовсе не было.
Первым при жеребьевке назвали среднего роста парня, очень широкоплечего и даже мускулистого, что в его годы могло говорить только о врожденной силе, с темно-русыми короткострижеными волосами по имени Иван Ромашин.
Вместе с ним к нам подошла высокая девушка, которую назвали второй. Они о чем-то переговаривались и явно были знакомы. Возможно, у военных с межличностными отношениями дела идут получше, чем у нас. У девушки были каштановые волосы небольшой длины, по мочки ушей, огромные карие глаза и скользящая походка. Именно она выдавала в ней более высокую скорость реагирования, чем у обычных людей, и в том числе общую повышенную быстроту действий. Звали её Марина Николаенко.
Мы молча забрались в четырехместный флаер, который, по-видимому, должен был довезти нас до места назначения в автоматическом режиме. А значит, у нас было минут пять-десять на знакомство перед попаданием в те самые загадочные условия. И они это понимали. Первым заговорил Иван:
— Думаю, мы все знаем, как кого зовут, так? Вопрос лишь в том, чем наши специальности помогут друг другу.
Мы кивнули, никто плохой памятью не страдал.
— Я претендую на место на курсе космических оружейных систем, Марина хочет быть специалистом по безопасности экипажа. Вас я помню, Мирра, вы были у нас на практикуме и демонстрировали врожденную точность. Вы ведь биолог, верно?
Я снова молча кивнула, а Шота удивленно на меня посмотрел, недоумевая, что я могла делать на занятии у военных. Затем он решил взять дело в свои руки и вообще представиться:
— А я Шота, если вдруг кто не помнит. Хочу изучать медицину, — он взглянул на Ивана, как на одного из самых активных в нашей компании. — Предлагаю ещё раз провести жеребьевку, но уже среди нас четверых, и определить, кто будет главным в группе. Думаю, это необходимо.
— Верно, — кивнул Иван.
— Давайте, — поддержала Шоту я.
— Каким образом мы это сделаем? Снова на планшете? — Марина достала его из кармана и принялась разворачивать. А затем нахмурилась. — У меня одной так?
Она развернула планшет к нам. Экран на неё не реагировал и был обычной прозрачной пластиной без намека на какие-либо технические возможности.
Мы все как по команде достали свои планшеты и обнаружили, что они тоже ни на что не реагируют.
— Видимо, когда мы синхронизировались с инфомсистемой лагеря, нам передали и подпрограмму, которая в нужный момент их отключает, — выдвинула разумное предположение Марина. Это было логично, так как планшеты, неразрывно связанные с сетью, на поверхность неизведанных планет брать запрещено.
— Тогда предлагаю провести жеребьевку по старинке, — я стянула резинку с волос, достала из кармана тарелку и разложила её. — Только пусть её проведет человек без быстроты и точности. То есть не я и не Марина.
— И не я, — вставил Шота.
— Что надо делать? — спросил Иван.
