– Надо же! Когда мы еще работали вместе, Теана была убеждена, что наше открытие несет человечеству только благо. Говорила, что скоро наступит золотой век.
– Она написала книгу «Неожиданный Апокалипсис. Закат цивилизации». Я читал отрывок. Кстати, она отлично говорит по-русски, хотя и сербка. А когда ты успела выучить русский?
– Всегда его знала, – улыбнулась Кайра. – Моя мама русская… была. Мы с ней всегда говорили только на этом языке.
Алекс припомнил, что и вправду читал об этом в многочисленных публикациях.
– Значит, мне повезло. Я не только не один в Пространственной Зоне, но еще и с человеком, который знает о ней больше всех людей на свете, да к тому же говорит на моем языке… – Он вдруг замолчал, удивляясь, почему не спросил об этом раньше: – Погоди, ты знаешь, как выйти обратно? Ты ведь так и не сказала, как тут оказалась! Это вышло случайно?
Кайра поднялась со стула и взяла свой рюкзак.
– Я страшно устала. Поспать бы – да тут негде. Пойдем, поищем подходящую проекцию, чтобы отдохнуть.
– Не хочешь отвечать?
Она покачала головой, грустно глядя на него.
– Нет, не то что бы… Ладно. Примерно за шесть месяцев до моего ухода я узнала, что больна. Смертельно. Неизлечимо. Синдром Спаркса, редкое аутоиммунное заболевание. Это никак не проявляется внешне, никто из моих близких ничего не знал, и до определённого момента я тоже не испытывала дискомфорта – симптомы должны были проявиться позже. Мне было известно, что ученые искали лекарство, и результаты, вроде бы, обнадеживающие, только мне было ни за что не дожить до окончания всех исследований – речь шла о десятилетии, как минимум. А мне врачи давали не больше двух лет.
Кайра обхватила себя руками, ёжась, словно от холода.
– Мне казалось, я нашла отличный выход.
– Ты просто вошла сюда.
– Знала, что в Пространственной Зоне отсутствует понятие времени. Предполагала, что если окажусь тут, то болезнь замрет в начальной стадии.
– И оказалась права, – вставил Алекс. – Но решиться на такое, не зная, что тебя ждет…
– Так у меня хотя бы появлялся шанс выжить! – воскликнула Кайра. – Останься я – уже давно была бы мертва!
– Ты решила остаться тут навсегда? Получить вечную жизнь? – Алекс все еще не мог принять этого.
– Нет, никогда не пошла бы на такое! – Горячо проговорила она, глядя ему в глаза. – Я надеялась выйти отсюда спустя какое-то время. Когда ученые найдут лекарство. Все подготовила, просчитала финансовую сторону. Только один человек знал, где я и что со мной: хороший друг, надежный человек, блестящий экономист, который вел все мои денежные дела. Судя по всему, он не проговорился.
Алекс утвердительно кивнул и спросил:
– Как ты собралась узнать, когда уже можно будет выйти?
Кайра пожала плечами.
– Это невозможно узнать. Случай – ничего более. Оставалось надеяться на удачу. И потом, всегда можно было вернуться снова, если нужный момент еще не наступил.
– Ты уже пробовала выходить обратно? Или еще…
Он умолк, потрясенный внезапно осенившей его догадкой.
– Но раз ты собиралась выйти, то, значит, знаешь, как это сделать?!
– Знать наверняка невозможно, но мне казалось, я догадывалась. Если в Пространственную Зону можно попасть с помощью проектора и выбранной проекции, то почему нельзя и обратно выйти таким же способом?
– Спроецировать какое-то реальное место!
– Именно так. Я не могла знать, сработает ли это, но решила рискнуть и попробовать.
Судя по тому, какой несчастный у нее был вид, что-то пошло не так. Стараясь скрыть разочарование, Алекс предположил:
– У тебя не получилось? Проектор не работает в Пространственной Зоне после закрытия Портала? Как часы или мобильники?
– Дело не в этом. Проектор работает – я пробовала включить его для проверки, и все было в порядке. Но проекция… Я взяла с собой несколько штук, на всякий случай. Но случай не представился. – Она смотрела на него, чуть не плача. – Они такие хрупкие. В одной из локаций они… разбились. Понимаешь? Проекции уничтожены. Не осталось ни одной!
– Как же так? – закричал Алекс, слишком расстроенный, чтобы контролировать себя. – Как это могло случиться?
– Не важно, – глухо проговорила Кайра, и голос у нее был усталый, как будто она совсем выдохлась, произнося эти безнадежные слова. – Не осталось ничего. Я таскаю проектор за собой, но толку от него не больше, чем от сломанного радиоприемника.
Алекс молчал, раздавленный так внезапно появившейся и тут же умершей надеждой.
– Мне жаль, Алекс. Мы могли бы выбраться, но… Боюсь, что ничего не получится. Мы заперты в Пространственной Зоне, и нам отсюда не выйти.
Алекс сказал Кайре о своем способе вести счет времени при помощи снов. Девушке пришлась по душе эта идея, и теперь они вели календарь: каждый раз делали соответствующую отметку в ее блокноте.
С момента их встречи минуло пятнадцать снов, а отношения между ними так и не наладились.
