– Я не хотела рожать Мари – и ее не стало, – не слушая его, проговорила Кайра. – Как будто она покинула свою дурную мать, потому что поняла: на первом месте для меня всегда была не дочь, а чертова наука и карьера. А теперь у меня нет ни того, ни другого. Вообще ничего. И меня самой тоже нет.
Кайра одним глотком допила содержимое кружки и, слегка покачиваясь, встала.
– Мне нужно поспать. Сон – маленькая смерть.
Алекс хотел проводить ее, но она отвергла его помощь и ушла одна.
Теперь они с Даниилом сидели у догорающего костра, друг напротив друга. Даниил внезапно поднялся и пересел ближе к Алексу.
– Откуда ты родом? – спросил он.
– Из Питера.
– Мы с Мопсом из Минска. Всю жизнь в Беларуси прожили.
– Почему ты зовешь его Мопсом?
– Его все так всю жизнь звали. Он вообще-то Игорь. Игорь Васько. Но имя и фамилию терпеть не может. Бес его знает, почему. Он детдомовский, прибился ко мне однажды.
Даниил замолчал, и Алекс ждал, что еще он скажет.
– Между прочим, у меня была жена. Давно. Мы поженились сразу после школы. В параллельных классах учились. Глаза у нее были как незабудки – синие-синие. Мне казалось, мы любили друг друга.
– Куда она делась – жена твоя?
– Через некоторое время я понял, что никакой любви на самом деле не бывает, есть только влечение, весенний гон, бешенство гормонов. Это все прошло, и мы развелись. Но недавно я понял, что ошибался.
– Насчет чего?
Мужчина придвинулся к Алексу и сказал очень тихо:
– Ты ведь понимаешь, что я могу убить тебя в любой момент?
Алекс не ответил.
– Только ведь она не простит.
– Не лезь к ней. – Алекс глядел исподлобья.
Даниил усмехнулся и развел руками.
– Это не твоя женщина. Сам не видишь? Ты еще сосунок, глупый теленок, а она…
– Она меня любит, – запальчиво сказал Алекс, хотя никогда не слышал этих слов от Кайры. Прозвучало по-детски, и он разозлился на себя.
– Ты подвернулся ей, когда она была одинока и несчастна, – вкрадчиво проговорил Даниил. – Так точнее.
– Но тогда и тебе она тоже подвернулась.
Даниил хмыкнул, проведя ладонью по лицу.
– Я прошел слишком большой путь. Могу отличить черное от белого. В последние дни я думаю, что даже Пространственная Зона может быть отличным местом, если рядом подходящий спутник. Спутница.
– А если она надоест тебе? – вырвалось у Алекса. – Как бывшая жена?
– Если в твоей голове родился этот вопрос, ни черта ты, выходит, не смыслишь. – Он посмотрел на огонь и задумчиво проговорил: – Любовь пройти не может. Раз прошла, значит, это была не любовь.
Алекс открыл рот, собираясь ответить, но Даниил прижал палец к губам, призывая его молчать.
– У меня есть к тебе предложение. Обдумай хорошенько. Скажу один раз и больше повторять не стану. Я дам тебе возможность уйти. Просто вставай и вали. Ей я скажу, что ты сбежал, и Кайра…
– Решит, что я предал ее, бросил? – Алекс едва не поперхнулся от гнева.
– Для тебя это уже не будет иметь значения. Ты уйдешь, и вы больше не увидитесь. А ей будет проще выкинуть тебя из головы. Она станет презирать трусливого мальчишку, а разве можно любить того, кого презираешь?
– Ты полагаешь, я соглашусь? – с отвращением спросил Алекс. – Тогда ты еще тупее, чем я думал.
– Я что, еще не сказал? – Даниил улыбнулся и прошептал ему на ухо: – Если не уйдешь сам, добровольно, я убью тебя и вышвырну в ближайший Портал.
Он встал и пошел на свое место:
– Так что мое предложение – самый настоящий акт милосердия. Подумай, малыш. Выбор за тобой. И не вздумай передать наш разговор Кайре.
– А то что?
– Лучше тебе никогда не узнать этого.
Даниил ткнул Мопса в бок. Тот захлебнулся храпом и открыл глаза. От сна к бодрствованию он переходил так же быстро, как и наоборот.
– Вставай, я покемарю, – сказал Даниил.
Мопс зыркнул в сторону Алекса.
– Чего глаза лупишь?
– Он думает. Ты ему не мешай.
Утро было серым, как нестиранная простыня. Мопс умудрился поймать в озере серебристую рыбу и сварил уху.
– Умом не блещет, но предан, как собака. А уж повар, каких поискать, – сказал Даниил, как обычно, не стесняясь присутствия Мопса.
Он попробовал варево на вкус и причмокнул губами.
Кайра была бледна и выглядела измученной. Алекс тревожился за нее. Им нужно было поговорить, побыть вместе, но этот ублюдок, разумеется, не собирался давать им такую возможность.
К тому же в голове после ночного разговора пульсировала мысль: «Что делать?» Им с Кайрой нужно срочно бежать, но каким же образом?
Они поели в полном молчании и двинулись дальше.
Знакомое сжатие и холод, на которые они уже не обращали внимания. Одна картинка, другая, новый Портал…
– Прости, что не сказала. Ты, наверное, чего только обо мне не думаешь.
– Ничего плохого.
– Я просто не могла. Есть вещи, о которых не можешь вспоминать. А там, в той проекции, накатило. Не могла с собой справиться.
– Люди не обязаны выворачиваться друг перед другом наизнанку, – сказал Алекс, и получилось вполне искренне.
