И кот забавный, пушистый, и хвост у него огромный, как ершик для собирания пыли. Знаете, такие, цветные, на палочке? Только у кота расцветка другая, черно-белая.
«Привет, Ани. Да, конечно, завтра сделаю. Как у тебя дела? Готова к поездке?»
«Все отлично, спасибо. Уже сижу на чемоданах, – напечатала я и, подумав, приписала, прежде чем он успел ответить, – Хорошего дня».
Неудобно как-то с парнем подруги долго переписываться. Я не так самонадеянна, чтобы уверовать в то, что совершенно любой парень готов упасть к моим ногам, но все же. Злоупотреблять общением казалось мне, как минимум, некрасивым.
«И тебе».
За одиннадцать дней до…
– Нет, ну ты прикинь? Это вообще нормально?! Прихожу в районную поликлинику, и не к кому-то там, а к заведующему отделения! И что он мне рекомендует?
– Валерьянки накапать? – с интересом уточнила Мина; у нас был очередной созвон.
Начало съемок отложили еще на два месяца. Я весь вечер ходила из угла в угол, размышляя, где в случае чего буду искать новую работу. Ввиду всеобщего ступора за два года на фрилансе мне удалось продать не так уж много своих работ. Я всерьез подумывала о том, что поспешила с увольнением. Работая на телеканале, писала я, конечно, всякую ерунду, зато получала регулярный оклад, к тому же, немаленький. С моими теперешними доходами не сравнить.
На следующий день я отравилась, потом простудилась. Не дожидаясь, что меня одолеет в следующий раз, я решила заглянуть к врачу. Конец года, очевидно, не задался, ноябрь грозил стать месяцем уныния и безысходности. Нервишки начинали откровенно сбоить, может, витаминки какие пропишут. Признаваться себе, что еще какое-то время в таком режиме – и мне понадобится не участковый терапевт, а психиатр, не хотелось.
– Завести мужа и детей, чтобы у меня не оставалось времени на всякую ерунду!
Я размахивала вилкой, словно собиралась проткнуть ею заботливого врача, как джентльмен – противника на дуэли.
– Кажется, он психологию в универе прогуливал, – хмыкнула подруга. – Лет-то ему сколько?
– Где-то наш ровесник, сомневаюсь, что старше.
– Из личного опыта советует? Спросила бы, как ему самому помогает? Или, – глаза Мины загорелись, – может, это был такой подкат?
– Мало ли по каким причинам я не замужем?! Что за бестактность?! – продолжала бушевать я, толком не слушая, что говорит подруга. – Или если ты пришел…
– Ты его все еще любишь?
– …Что? – я растерянно замолчала на середине фразы.
– Ты его все еще любишь? – терпеливо повторила Мина.
Речь шла о моем бывшем. О ком же еще. Мы были вместе. Очень бурно и очень недолго. В универе все с интересом следили за стремительным развитием нашего романа. Тогда-то я и узнала, что такое ненависть.
В Джо были влюблены все кому не лень, а он равнодушно и по-хамски игнорировал откровенно фанатеющих по нему однокурсниц. Влюбленные идиотки не давали мне проходу. Никогда в жизни я не видела такого ажиотажа вокруг парня. Думала, подобное бывает только в кино.
Мне же он казался слишком эгоистичным, слишком красивым, слишком богатым, что-то внутри меня предостерегало от таких «приключений».
Вероятно, смотри я на него такими же влюбленными глазами, как и все остальные, он бы просто прошел мимо. А так… Джо был послан за горизонт, изумился моей наглости и открыл сезон охоты на языкастых студенток по обмену.
– Не знаю, – задумчиво призналась я. – Он все еще в Лондоне?
Мина помедлила с ответом.
– Да, все так же работает на «Би-би-си».
Я покивала.
Бастион пал спустя три месяца. Я влюбилась в него и до последнего не хотела это признавать. Он добивался моего внимания методично и последовательно, а когда получил, что хотел, – бросил. Оказывается, ему уже давно предложили стажировку в Лондоне, и я совсем не вписывалась в его планы на дальнейшую жизнь.
Сказка, где Золушка превратилась в тыкву. Ценный жизненный урок, без которого вполне можно было обойтись.
За девять дней до…
– У вас есть куар-код по ПЦР-тесту?
– Да, в приложении, – я потянулась за телефоном.
– Проходите, – равнодушно кивнул проводник, отворачиваясь.
Как?! И все? А взглянуть не хотите? Я зачем вчера по городу вперед-назад бегала?
Борясь с желанием потребовать, чтобы моему дорогому тесту (в прямом смысле, он денег стоит!) уделили внимание, я поднялась в вагон. Опрятный мужчина в приличном пальто подал мне чемодан.
Ну, вот и он, день икс. Я купила билеты на ночной поезд – ведь выбраться из Минска самолетом в двадцать первом году двадцать первого века крайне затруднительно, – заполнила две анкеты: одну – для таможенного контроля в Англии, вторую – для авиакомпании. То есть как «заполнила». Я ведь всерьез волновалась, что меня просто не пустят в самолет, ведь для заполнения одной анкеты требовался номер рейса, который я не могла никак получить, потому как… чтобы его получить, мне нужен был номер второй анкеты, которую я не могла получить, пока не заполню первую!
Ох уж эта бюрократия! Понадеявшись, что я не одна такая, ну а мой сертификат о вакцинации куда как более серьезная бумажка, чем все эти их анкеты, я с чистой совестью загрузилась на верхнюю полку.
