Я так рад тебя видеть!
Миша, увидев мое перекошенное лицо, лишь ободряюще улыбнулся.
- Мам, ладно… Мы не будем кушать. В травматологию еще идти, очередь будет. А ты, Котях, будь потише, а иначе я заставлю тебя смотреть «Винкс».
- Не посмеешь, человечишка, - да уж, сказала – как отрезала…
Миша лишь хмыкнул и, развернувшись, побрел обратно в зал, потащив меня за собой. Я удивленно уставился на него, не понимая такой перемены в парне. Он же только что есть хотел!
- Да не смотри на меня ты так! Ты бы свою рожу перекошенную после лицезрения маминой реакции видел – упал бы со смеху. А Кате только дай повод. Поэтому давай одевайся, и поехали! – скомандовал Миша, озираясь в поиске своих штанов.
Спустя минуту мне торжественно вернули мои мятые джинсы, сказав одеваться. Только вот одновременно с Мишей и одной рукой это делать было очень проблематично… Но все же кое-как одевшись, мы быстро проходим на выход к двери. Тетя Настя с маленьким монстром на руках уже ждали нас, чтобы проводить.
- Печально, что не удалось принести тебя в жертву. Но я тебе оберег сделала. Вот, держи, – тихо пролепетала Катя, протягивая мне что-то.
Я подставил руку, и в нее упал маленький браслетик из различных черных бусин.
- Спасибо, Катюш, - поблагодарил я девочку, на что она лишь улыбнулась.
- Ладно, мальчики, пока. Мишка, ты заскочи на обратном пути к отцу, хорошо? Тем, ты там проследи, чтобы он никого не убил и сам не убился, – попрощалась с нами тетя Настя.
И мы, улыбаясь ей, как идиоты, быстро покинули квартиру. Я аккуратно надел браслет на вторую – свободную – руку и вздохнул. На душе такое противное чувство, от которого хочется просто закрыться. Вот не люблю я такие моменты, хоть убейте…
- Миш, мы в травматологию все же, да? – интересуюсь я.
Он кивает и ведет меня дальше по тихим дворам старых пятиэтажек. Наконец, мы выходим к дороге. Я оглядываюсь и вижу через дорогу от нас станцию метро, справа – большой торговый центр, название которого я не вижу. По дороге в бешеном потоке туда-сюда снуют машины, люди спешат по своим делам, не замечая ничего вокруг, а я просто стою посреди этого бешеного круговорота, теряясь в нем.
- Ну, чего ты застыл? Идешь или нет? – окликает меня Миша, который усиленно тянет меня за цепь.
Трясу головой, чтобы прогнать секундное наваждение, и спешу за переходящим дорогу парнем. Причем, как ни странно, сейчас на нас меньше обращают внимание, будто и не замечая двух помятых придурков в наручниках. Как мило… Подходим к кассам метро, и Миша расплачивается за два билета, пока я краснею из-за отсутствия денег. Хотя я же ему потом все верну, верно? Проходим через турникеты, да так, чтобы не защемило. Просто я с детства верил, что эти страшные хрени, перегораживающие проход, могут меня убить\покалечить\ранить. А Миша со смехом наблюдает за моими тревожными взглядами в сторону удаляющихся турникетов. С эскалатором все было еще лучше. Какая-то бабушка боялась встать на ступеньку, поэтому к этой шайтан-лестнице образовалась огромная очередь. Все что-то кричали, подбадривая бабульку. А я что? А я думал, что ее надо отдать Кате, а то какого лешего она нас задерживает?!
И вот, наконец, мы сели в поезд. Мы удобно расположились на двух свободных местах, и Миша принялся считать, сколько остановок нам надо проехать, а я, спокойно расслабившись, уже откинул голову назад, закрывая глаза, как услышал до боли знакомый голос.
- Дверки, сто-о-ойте, не закрывайтесь! – орал запрыгивающий в поезд Ваня.
За ним запрыгивали команда пингвинов и Митя. Где остальная команда, у меня не было даже мысли интересоваться. Зато присутствие вот этого индивидуума повергло меня в глубочайший культурный шок. Бля.
Пудра-пудра! Новый год!
