- Тем, давай скорее! – недовольно проворчал парень, тянущий меня за руку.
Я чуть прибавил скорости, почти поспевая за ним. И вот – мы уже на улице.
- Блять, Миш, сейчас дождь будет. Ладно… До меня ближе всего, – на секунду остановившись и посмотрев на него, задумчиво сказал я.
Парень кивнул, возобновляя движение. Вот так мы и бежали, как идиоты, по холодным московским улицам. Миша - впереди, а я – чуть поодаль. Бежали мы относительно недолго, минут пять. Но я уже изрядно вымотался, а Миша так спокойненько остановился, даже отдышки нет…
- Тем, ты как? – насмешливо спрашивает он.
- Знаешь, бывало и получше, – язвлю я, обиженно отвернувшись.
Блин, ну он же ведет себя, как ребенок, а меня это ужасно бесит… Он же взрослый парень, так зачем меня так подставлять? Не понимаю. Да и Катя – тот еще кадр: взяла и убежала, а то, что кто-то может за нее волноваться, ее, похоже, вообще не напрягает.
- Тем, это не Ваня там? – вывел из раздумий меня Мишин голос.
Я проследил за его взглядом и увидел двух парней. Один из них, незнакомый мне, подобно быку, отбрыкивался, что-то громко кричал и пытался вырвать свои руки из железных Ваниных оков.
- Вань! – закричал я, махая парню рукой.
Ваня быстро повернулся в нашу сторону, и на секунду его лицо осветилось облегчением. Он в то же мгновение повернул к нам, таща за собой своего спутника. Парень был со странным цветом волос, который я так и не смог издалека различить – то ли черный, то ли сиреневый… А челка закрывает практически все лицо. Одет он просто: ярко-синие узкие джинсы, белая майка с черными разводами и синяя куртка поверх.
- Тема! Миша! Как же я рад вас видеть… – заголосил парень, пожимая нам поочередно руки, но так и не выпустив одной руки своего спутника.
- Да, Вань, привет. А это?.. – вопросительно указал я на парня.
- Это Костя, – простонал он, обреченно глядя на челкастого. – Я гулял… На крыше. И увидел его – он собирался прыгать. Вот я его и тащу домой, потому что ему негде жить. Квартиру отобрали за неуплату, – на одном дыхании выпалил Ваня.
- Вау, – тихо подал голос Миша, похлопав.
Я повернулся к нему, одарив взглядом а-ля «Ах, да, ты же дебил по жизни…», и опять вернулся к Ваньку и его спутнику.
- Привет. Я – Артем, – подал я руку этому волосатому чуду. Кстати, волосы у него оказались… синими.
Челкастый одарил меня презрительным взглядом, демонстративно отворачиваясь от всех. Его запястье было сжато Ваниной ладонью.
- Да уж, мило… – пробормотал я. – Ладно, Вань, удачи, но мы пойдем.
И, поспешив ретироваться из-под пронзающего взгляда этого зеленоглазого челкастого, я быстрым шагом направился к дому, прекрасно зная, что Миша семенит за мной следом.
- Милый мальчик, верно? – тихо засмеялся он.
- О, да! Я так вижу, что они с Ваней – просто гремучая смесь… - усмехнулся я.
Так. Вот и мой подъезд. Как же я надеюсь, что там не будет Кристины…
Нервы - Не хочу без тебя спать. Два дня. Триста восемьдесят повторов. Слова и аккорды наизусть. Ненависть. Лучи добра! *_*
Примирение.
Мои опасения не оправдались. Квартира была абсолютно пуста. А на комоде лежала маленькая записка, написанная каллиграфическим Кристининым почерком. «Прости за все. Была не права…». Я в ярости скомкал жалкий клочок бумаги, бросив его Мише под ноги.
- У Золушки опять ПМС? – ехидно поинтересовался он.
- А ты что, ведешь календарь? - огрызнулся я в ответ.
- Ладно, прости, – Миша поднял руки в знак поражения.
Я лишь усмехнулся. Быстро разувшись, я проследовал на кухню. Нет, не кушать… Скорее по привычке.
- Тем? - послышался крик из прихожей.
- М? – продолжая искать повесившихся мышей в холодильнике, отозвался я. А что? Надо хоть что-то поджарить.
- Так ты не обижаешься? – теперь его голос прозвучал уже над самым ухом, и я быстро развернулся.
Миша стоял в своей излюбленной позе – то есть подпирая дверной косяк – и хитро смотрел на меня.
- В смысле? – покачал головой я, закрывая холодильник.
- Ты не обижаешься за мои слова? – немного неуверенно спросил он.
Я усмехнулся, на секунду замерев. А что мне ему сказать? Что он мне очень нравится? Что я буду скучать? Что он влюбил меня в себя за пару дней? Что можно ответить ему сейчас, чтобы только не сделать хуже?
- Нет, конечно, – пытаясь сделать голос беззаботным, отвечаю я. Получается плохо… - Миш, что будет, если я поеду с тобой?
В кухне воцаряется мертвая тишина, нарушаемая лишь потрескиванием лампочек и гудением холодильника. К горлу подступает ком, который я шумно сглатываю. Кажется, каждое мгновение – вечность, и в этой долгой вечности я слышу даже биение собственного сердца, которое бьется слишком часто. А Мишины руки сжались в кулаки, жилка на шее выступила от напряжения – казалось, парень сейчас находится на грани.
- Если это шутка, то крайне неудачная, – холодным голосом говорит он.
- Я серьезно, – тихо шепчу я, не глядя на него.
- Иди сюда, Золушка, – говорит он, резко притягивая меня к себе.
