— Сильно заметно? — отодвинув ботинки в сторону, спросила я.
— Немного, — улыбнулся он. — Забей. Моя мама классная. Ты ей понравишься, я уверен.
— Это почему?
— Потому что вы похожи, — объяснил парень. — Всё, идём. Всё хорошо, я всё-таки тоже здесь. Если что, пнёшь меня незаметно, и я тебе помогу.
Спасибо я сказать уже не успела, меня утянули в ванную мыть руки. Но дышать стало всё же легче, особенно после слов Тимофея. Я похожа на его маму? Интересно, чем…
— А как твою маму называть, кстати? — вспомнив, что женщина даже не представилась, уточнила я.
— Оксана Игоревна. Но некоторым моим друзьям она разрешает называть себя тётей Оксаной. Мне кажется, что ты тоже войдёшь в число этих избранных.
Кажется ему, блин. А мне кажется, что после этого вечера парню запретят со мной общаться.
— Присаживайся, — как только я появилась на кухне, указала на стул рядом с Тимофеем Оксана Игоревна.
— Спасибо, — смущённо улыбнулась я.
Присев за стол, я уткнулась взглядом в корзину с печеньем. Такие же, как у нас дома, маленькие звёздочки с шоколадом внутри… понятно, почему Тимофей тогда так быстро их умял. Это его любимые. Вернее, наши любимые.
— У тебя нет аллергии на бергамот? — открывая упаковку с чаем, спросила Оксана Игоревна.
— Нет, — ответила я, не отрывая взгляда от печенек.
— Что ты на них смотришь-то? — прошептал мне на ухо парень. — Они не для этого здесь лежат. Бери, а то я всё съем, и ты опять обидишься и будешь визжать.
— Я не обижалась и не визжала! — повысила голос я. — Просто ты слопал всё и не оставил мне ни одной штучки.
— У тебя есть шанс мне отомстить, — он указал на корзинку. — Даю десять секунд, чтобы успеть хотя бы попробовать, а потом…
В ту же секунду я схватила сладость и сунула Тимофею в рот:
— Приятного аппетита.
Парень прожевал печеньку и, коварно улыбнувшись и кинув быстрый взгляд на корзинку, схватил ещё одну штуку и сунул уже мне.
Нам точно семнадцать лет?
— Приятного аппетита, — мама Тимофея, к счастью не видевшая этой замечательной сцены кормления, поставила перед нами чашки с чаем.
— Спасибо большое, Оксана Игоревна, — прожевав, поблагодарила я.
— Просто тётя Оксана, — улыбнулась она мне. Тимофей легонько пнул меня по ноге под столом. Я смущённо улыбнулась и потянулась к чашке.
— А у Саши дома печеньки вкуснее, — схватив ещё одну, заметил Тимофей.
— А когда это ты успел побывать у Александры в гостях? — скрестив руки на груди, прищурилась женщина.
Чуть не поперхнувшись чаем, я пнула парня по ноге, чуть сильнее, чем он, и метнула на него быстрый взгляд, мол, ты совсем дурак?
— Да так, недавно, — пробурчал он и тоже сделал вид, что в чашке что-то очень интересное.
Да, совсем не палевная картина… Двое сидят с таким видом, будто ищут в чашках смысл жизни. Мы определённо ничего не скрываем. Точно нет.
— И почему же они вкуснее? Вы где покупаете, Саша? — вау, она назвала меня не полным именем!
— Мы сами их печём. Домашние всегда лучше покупных, — рассказала я. — Да и делать их не сложно и не долго. Не дольше часа.
— А можешь рецепт написать? Я тоже попробую приготовить, — попросила меня тётя Оксана.
— Конечно. Я Тимофею кину ссылку на сайт, где всё пошагово и с фотографиями. Только там один нюанс, надо брать определённый шоколад, я фирму тоже напишу. Получается намного вкуснее.
Женщина смотрела на меня таким странным тёплым взглядом, словно я была Тимофею близкой подругой, и она знала меня давно. Хотя, это же круто, нравиться мама парня своей мечты.
— Кстати, мам, ты спрашивала тогда, кто мне помог с подарком. Это меня Саша выручила тогда. Ты бы видела, с каким счастливым видом она ходила по книжному… Я думал, что она там останется.
— Читать любишь?
— Да, — смущённо кивнула я. — Особенно книжки про любовь.
— И почему я не удивлён… — пробурчал Тимофей. Ну да, действительно.
Пока мы с тётей Оксаной обсуждали книгу, которую я ей выбрала, Тимофей вспомнил, что ему надо кому-то позвонить и ушёл в комнату. Но мне почему-то показалось, что он просто решил смыться от этих «дурацких разговоров про любовь»
— Саша, — внезапно обратилась женщина ко мне. — Тимофей же тебе нравится?
Мой маленький кораблик снова накрыло волной смущения, но я решила сказать всё честно и как есть:
— Да. Давно уже. Это очень заметно?
— Ему, скорее всего, нет, а вот мне — да. Просто я точно так же смотрела когда-то на своего мужа, когда мы ещё в школе учились вместе. Ты вообще очень мне напоминаешь меня в юности. А любовь — это прекрасно. Я рада, что первая любовь моего сына взаимная.
Что? У меня слуховые галлюцинации, или она действительно это произнесла?
Но задать этот вопрос я не успела, потому что Тимофей, с телефоном в руках вернулся на кухню.
— Саш, есть предложение, — надеюсь, руки и сердца, учитывая последние слова его мамы. — Не хочешь на каникулах съездить в Москву на каток?
— Ты же с классом собирался, разве нет? Вчера отпрашивался у меня.
— Планы поменялись. Так что, ты согласна? — он снова повернулся ко мне.
Оксана Игоревна незаметно мне подмигнула.
— Почему нет? Только предупреждаю — на коньках я стояла последний раз лет сем назад.
