Почему Тина уволила Дементьева? Он выбивается из общего ряда. Манерой речи, мыслью. Он думает, прежде чем говорить. Кирилл не говорит очередями. Понимаете, это вообще важная характеристика человека – думать, прежде чем что-то сказать. Да, Кирилл, может быть, не вписывается в образ активного молодого человека, он, как у Довлатова, «неделю ходил унылый и оживал только в бане». Он пострадал за то, что не Антонио Бандерас, за то, что не самец. Ну, недостаточно он брутален, чтобы говорить о брутальном спорте. Он слишком женственный.
Но ему есть, что сказать по теме. Он рот открывает, чтоб мысль сказать. Лучше, конечно же, на спортивном канале быть Иваном Дорном, когда в одном глазу вечеринка, в другом – корпоратив, а между ними на лбу написано – 70 тысяч евро гонорара. Нормальный такой типаж для программы «Культ тура», где про футболистов думают и говорят даже хуже, чем они есть на самом деле.
Как-то я пикировался с Юрой Дудем. Мое мнение было таким: его не убирают с канала только потому, что во время визитов к начальству он подхалим. Юра прислал гневную отповедь: «Не было ни одного случая, чтобы я пал ниц». Мы не оговаривали, что переписка конфиденциальна, и я могу говорить, что мне Юра писал.
Тина же ни при чем. Это правила игры в целом, когда не надо вообще выходить из строя. Надо же, если ты думаешь, как Андронов, молчать. Говори на кухне, переписывайся, но не иди на публику.
Мне кажется, что следующий на выход – это Дудь. Мне кажется, он и его программа на канале – это как я в программе «Парламентский час». Юра позвал в свою программу Дорна, этого неправильно вывернутого по-русски Джастина Тимберлейка, Дорна, который покорял разного рода анархистско-развлекательные Монбланы… И это было настолько странно, как будто Губерниев комментировал теннис в своем привычном голосовом диапазоне. Дорн – это не Шнур, который мнит себя шутом. Шнур умный, он читал Достоевского, Дорн же считает, что Достоевский – это всего лишь рок-группа на Украине.
И когда будут закрывать программу «Культ тура», скажут что-то вроде «мы приветствуем анархизм, но тут он был избыточен».
Я обожаю азартные, напористые, динамичные съемки ровно в той же степени, в какой люблю съемки сентиментальные, например, про то, как человек добровольно опускается в ад или его окунают в ад, про то, как надо правильно оценивать обстоятельства и свое место в них.
…Я только что со съемок на канале «Россия 1», где под водительством поразительно быстро заматеревшего (в лучшем смысле отпугивающего брутальностью слова) Бори Корчевникова лихо делился с людом тревогой на счет интернета, подминающего под себя деток наших и могущего их сожрать.
Мне просто любопытно: я один горестно констатирую, что восприимчивость общества притуплена до предела?
Это при том, что жизнь огромного количества людей измеряется «лайками» и дрейфует в сторону унылого ристалища в жанре «посмотри, как мой песик может ногами» или «вслушайся в ахинею моего дитяти».
Смотрят и вслушиваются, и Боря К. пытался под аккомпанемент ритуальных фраз о, кажется, свихнувшемся времени выяснить, а не сбиты ли критерии, бо интернет закрепляет расхристанность, которая поощряет мимолетную славу, а слава, которая потом испаряется, препятствует настоящему становлению.
Вы простите мне эту гипертрофированную патетику, эту пышную риторику в придачу, но ребенок, до третьих петухов подсчитывающий «лайки», – это ведь грустная картина, нет?
Между тем мой добрый товарищ и, как оказалось, безудержный полемист ведущий Алексей Лысенков затеял спор «до хрипоты не фигуральной, а до настоящего кашля».
Он говорил, что это горячечный бред – отрицать интернет и возбранять его деткам, что я пещерный изверг.
Тогда как я простодушный псевдолютеранин, ратующий за меру во всем.
Дети на то и дети, что они минимально способны к труду и к обороне и максимально способны к развлечениям.
Меня и другие душевные гости студии душевненько убеждали, что ничего страшного нет в том, что дети считают «лайки» и жаждут славы. «Пройдет», говорят.
Но «не таким ли сладкогласием в Эдеме одарен был змий, когда соблазнял праматерь нашу?!»
А если не пройдет, если – читай экспозицию – ребенок именно что «ложно оценит обстоятельства и собственное в них место»?
Я не чертов ригорист, я просто спрашиваю.
В студии было полно в высшей степени привлекательных детей, и было в высшей степени забавно наблюдать, как наш Боря общается с детишками. При них Боря уподобляется мне и сам враз оборачивается ребенком, смеясь, не экономя сил, но не допуская не то что гривуазности, но даже и намека на амикошонство.
Дети, натурально, были самыми разными, но, будучи героями расхристанных роликов, в студии терялись. Что понятно – с учетом наших, профессоров кислых щей и барабанщиков коз отставных, рожах.
Для них интернет суть игрушка, лишь бы, как сказал Виктор Рыбин, он не превратился в самую суть.
Логично, что наши красивые и умные дети любят быть в центре внимания.
