Если она попробует поговорить с одной из тех, которые совершали попытки самоубийства, то и глазом моргнуть не успеет, как рядом окажутся Сайкс с Петерсоном. Если же они не знают про третью девочку…
Сью какое-то время не отвечала и наконец спросила:
— Ты можешь объяснить мне, зачем? Те ученицы выжили. Если полиция не открывает дело, то какой смысл? Я все это время хранила тайну этого ребенка. — Библиотекарь пожала плечами. — Сказать по правде, частично потому, что, насколько я понимаю, от этого зависит, останусь ли я на этой работе.
— Элис Кортес учится в одной школе с моей дочерью. И дружит с ней, — ответила Керри, и внутри у нее все сжалось.
— О боже! — Сью прикрыла рот рукой. — Она имела отношение к падению той девочки с лестницы? Той, которая только что умерла.
Здесь Керри требовалось проявлять осторожность.
— Возможно. Проблема в том, что мне нужно знать точно. — Она нахмурилась. — Сюда никто не приходил из Управления полиции после случившегося в Брайтонской академии?
Сью снова опустила руку на стол.
— Два детектива разговаривали с мистером Биллингсом. По крайней мере, я слышала, что разговаривали, но никто не упоминал, что Элис Кортес имеет какое-то отношение к случившемуся в Брайтонской академии. Я понятия не имела, что она перевелась туда. — Сью покачала головой и побледнела. — Умершая девочка… это могло случиться и по моей вине. Мне следовало самой пойти в полицию.
— Нет, нет, твоей вины тут нет, — возразила Керри, хотя не была в этом убеждена. — Во-первых, мы точно не знаем, что случилось с Майерс. Кроме того, предупредить Брайтонскую академию, когда туда перевелась Элис Кортес, должен был Биллингс, а не ты. Он должен был обратиться в полицию.
Сью пожевала губу.
— Давай я с ней поговорю и выясню, готова ли она дать показания. — Библиотекарь приложила руку к груди. — Не волнуйся: если девочка не согласится поговорить с тобой, я сама отправлюсь куда следует и расскажу обо всех подозрениях насчет Элис и книги. Я больше не могу притворяться, что это не имеет значения.
— Давай не будем бежать впереди паровоза, — заметила Керри. Сью могла предъявить серьезные обвинения, но доказательств у нее на руках не имелось, если Биллингс не готов передать книгу и если она вообще все еще у него. — Поговори с девочкой, — предложила Керри. — Посмотри, готова ли она все рассказать. Если нет, ну что ж, будем действовать по-другому.
Сью кивнула.
— Хорошо. Я прямо сегодня это сделаю и позвоню тебе не позднее завтрашнего утра. Мне нужен твой номер телефона. — Сью покраснела. — Мне очень жаль, что мы не поддерживали связь, но такова жизнь. — Она пожала плечами. — Большую часть времени ты чем-то занята.
— Да, так и есть. — Керри опустила руку в карман и достала визитку, потом передала ее Сью. — Есть еще один момент. — Боже, как ей не хотелось это говорить, но одноклассница вопросительно смотрела на нее, ожидая продолжения, и Керри произнесла: — Мне нужно, чтобы ты пока молчала про мое появление здесь. В принципе, поскольку моя дочь учится в школе с Кортес, я не должна участвовать в деле.
— Может, я биологически и не являюсь матерью, но знаю, как должна поступать хорошая мать, — заявила Сью. — Какой бы ты была матерью, если бы не стала участвовать в деле?
Хороший вопрос.
Они говорили о ней.
Тори уставилась на поднос с обедом. Девочка не могла есть. Она почти не спала прошлой ночью. Сегодня утром, когда мама спросила, как она, Тори соврала, что все в порядке. На самом деле нет. Да и как оно может быть?
Брендал мертва.
Мама хотела, чтобы Тори сегодня осталась дома у тети Дианы. Керри снова заверила Тори, что она сама и другие детективы со всем разберутся. Не нужно беспокоиться. Однако Тори не могла прекратить беспокоиться. Девочка знала, что если не покажется в школе, то те, кто ее обсуждают, придумают что-нибудь похуже. Она не могла дать им дополнительные поводы.
Тори нужно быть сильной.
Сегодня всех собрали вместе и объявили новость, как будто бы кто-то не знал.
Знали все.
Все считали, что дочь Керри имела какое-то отношение к случившемуся.
Тори не смела поднять голову и снова лишь украдкой бросила взгляд на Сару и Элис. Они сидели рядышком и перешептывались. Тори знала, что говорят они о ней. В противном случае девочки уселись бы за ее стол. Они с Сарой были лучшими подругами с детского сада. Сара всегда садилась с Тори. Всегда.
Тори не сомневалась, что Сара и Элис видели ее, когда шли с подносами от раздачи, но притворились, будто не заметили одноклассницу. Они уселись за стол вместе с двумя ботаниками, которые никогда ни с кем не садились и даже ни с кем не разговаривали. Ботаники сидели с одной стороны длинного стола, а Сара с Элис с другой.
Двое дополнительных психологов, которых пригласила школа, прогуливались по столовой и спрашивали детей, не хотят ли они с ними поговорить, не нужно ли им что-то обсудить.
Тори не могла с ними разговаривать. Ни с кем. С мамой тоже не могла. Не хотела обсуждать тайну. Нет-нет.
Тогда как Элис много что могла рассказать — Саре.
