И опять все крутилось вокруг него. Я кипела от гнева.
– Не хочу я тебя понимать, придурок! Тебе же тоже все равно на мои чувства. Для тебя я была не более чем игрушкой. – Теперь я все-таки побежала за ним. – Хотя бы признай это. Дело никогда не было во мне. На меня тебе совершенно наплевать.
Глаза Кейдена от злости загорелись ярко-зеленым огнем. Он вдруг схватил меня и дернул к себе.
– Хотел бы я, чтобы мне было на тебя наплевать. Можешь мне поверить, – прошептал он мне в губы.
Разум знал, что нельзя этого допускать. Вот только его сигналы не доходили до моего рта. Лица коснулось теплое дыхание, и время замерло, когда Кейден начал жадно меня целовать. И мои губы просто ответили ему, словно никогда ничего другого и не делали. Он взял мое лицо в ладони, и его рот приник к моей шее. А я закрыла глаза в надежде, что он никогда не остановится. Хотела вечно наслаждаться его вкусом и запахом. Но Кейден слишком быстро вновь от меня отстранился и отступил на безопасное расстояние.
– Прости, – сказал он. – Но, видимо, по-другому я не могу заставить тебя замолчать. – У него на губах появилась кривая улыбка. – Мне абсолютно на тебя не наплевать, – повторил он. – Просто мне с тобой слишком сложно. Но, возможно, я правда сам в этом виноват. Ты мне не доверяешь. Но теперь ты по крайней мере знаешь, чего я хочу.
Когда он отвернулся на этот раз, я дала ему уйти.
Два часа спустя я корпела над своим домашним заданием, не в состоянии сосредоточиться. Нельзя было отвечать на его поцелуй. Это не должно было казаться таким правильным. Нельзя было его отпускать. Где он сейчас? Наверняка не в доме богов. Или все-таки там? Завтра в школе надо будет рассказать Аполлону о моем визите к Ариадне и о Гее с Агрием. Отодвинув в сторону учебник истории, я легла на кровать. Кому какое дело до Великой французской революции, если не за горами конец света? Робеспьер по сравнению с Агрием настоящий филантроп. Зазвонивший телефон вырвал меня из мрачных раздумий.
– Я просто хотел тебе сказать, что Кейден поселился у меня. Гера практически умоляла, и я не смог ей отказать. И он вернется в школу, хотя, по-моему, это слишком рано. – В тоне Джоша слышался упрек. Он что, винил в этом меня?
Значит, скоро мы с Кейденом опять начнем пересекаться. Во всем теле вдруг запорхали бабочки, а сердце сжалось от одной мысли.
– Почему врачи разрешили ему уйти?
– Он довел персонал до безумия. Потому что не мог больше ни дня вынести на больничной койке. Если бы Джули не исполняла роль надзирателя, Робин бы, наверно, забралась к нему в постель, – с весельем в голосе откликнулся Джош. – Он был бессилен против нее.
– Вот бедняга. Уверена, у него уже началась ломка, – пробубнила я.
– Не будь такой подлой. Ты спокойно могла бы еще раз к нему заглянуть. Почему ты такая упрямая?
Потому что в таком случае я бы пыталась заползти к нему в постель. Этот парень ужасно влияет на мое тело. Рядом с ним я перестаю быть самой собой. Нельзя было позволять ему меня целовать.
– Он действительно обо всем сожалеет, Джесс.
– Ему следовало задуматься об этом раньше.
– Ты же в курсе, что мы, парни, всегда включаем мозг с запозданием, – сказал Джош. – И боги, очевидно, не намного умнее.
Он на удивление быстро и безболезненно переварил тот факт, что среди нас жили греческие боги. И уже дважды ходил на тренировки с Гераклом. Наверняка Гера при любой возможности кормила его лимонным пирогом. Я подавила зависть.
– Лучше от этого не становится, – ответила я после короткой паузы. – Держу пари, если я не поддамся, в следующий раз он будет осторожнее обращаться с девушкой, в которую якобы влюбится.
– То есть ты хочешь, чтобы он снова влюбился?
– Во-первых, я об этом даже не думаю, а во-вторых, исхожу из того, что это случится. В конце концов выбор у него огромный. Теперь он смертный. Может исколесить весь мир. И повсюду девчонки будут падать к его ногам. – Если Гея даст ему дожить до этого момента, промелькнуло у меня в голове, но озвучивать я это, конечно, не стала и продолжила: – Не сомневаюсь, что он очень скоро меня забудет.
– Не думаю, – произнес Джош. – И еще я не думаю, что у него есть желание колесить по миру. Кейден не уедет из Монтерея, если ты на это надеешься. Он никуда не уедет, пока тебе грозит опасность.
– Но какой-то план у него ведь должен быть, – в отчаянии сказала я. Он ни в коем случае не должен оставаться рядом со мной. Сколько мне еще удастся держать его на расстоянии? – Ты у него не спрашивал?
– Само собой, но, если я правильно его понял, Кейден никогда не задумывался о том, что будет делать со своей смертной жизнью, – откликнулся Джош, и это уже звучало неуверенно.
– Значит, он еще глупее, чем я полагала. К чему тогда весь этот бунт? – Больше всего мне хотелось стукнуться головой обо что-то твердое.
– То, что ты всегда продумываешь все на два шага вперед, еще не означает, что мы все так делаем.
– Так и знала, что ты его поймешь.
