В этой связи о. Серафиму пришлось исследовать учебники по спиритизму и шаманству. Он обнаружил, что описания «деяний» современных «чудотворцев» полностью соответствуют тому, что делали медиумы, как в старые времена называли магов, чародеев, колдунов, которые не имеют никакого отношения к таинствам богослужений православной Церкви. Отец Серафим даже ввел термин «христианского медиумизма», чтобы точнее назвать все возрастающие «богоданные чудеса», ибо процесс этот весьма опасен. Обнаружил он и подлинное шаманство — иначе и не назвать некоторые более чем странные ухищрения современных «чудодеев». Дьявол старается — и успешно! — затянуть в сети оккультного мирян и с помощью НЛО (чем не новые медиумы!), и с помощью «явления чудес». Конечно, всё это оказывает влияние на духовно подслеповатых христиан нашего времени. Отец Серафим писал: «Главным достижением современных «пятидесятников» явился изобретенный ими способ введения человека в некий транс, в состояние, при котором он произвольно может использовать чудесно ниспосланные ему дарования, как, скажем, врачевание, ясновидение и т. п.».
Николай Бердяев, провозглашенный поборниками православного «чудодейства» «великим духовным пророком современности», считал, что «в новую эпоху Святого Духа подвижническому мировоззрению не будет места». Отец Серафим комментировал это высказывание так: «Вывод очевиден: ведь только православное мировоззрение дает людям, приобщившимся Духа Святого при крещении и миропомазании, стяжать эту благодать на протяжении жизни. Оно учит, как различать и остерегаться духовного обмана». «Новая духовность», о которой писал Бердяев и которая претворяется в жизнь нынешними возрождающимися «чудодеями», построена на совершенно ином основании и явила себя совершенно лживой в свете православного учения о подвижничестве».
Отцу Серафиму пришлось вновь обратиться к высказываниям святых Отцов, чтобы читатель мог воочию убедиться, сколь актуальны они и сегодня. Особенно он выделял работы свят. Игнатия (Брянчанинова), применив его учение о духовном заблуждении к конкретным примерам «чудодейства». Он указал, что наряду с внешне заманчивыми «видениями», которые подсовывает дьявол, есть и менее очевидные подвохи, известные в святоотеческой литературе как «мнения». Обольщенные люди прельщаются не видениями, а лишь высокодуховным «религиозным чувством». Свят. Игнатий (Брянчанинов) указывал, что подобное случается, когда «сердце жаждет и стремится к наслаждению святыми и Божественными чувствами, будучи совершенно к нем неподготовленным. Каждый, кто не имеет дух сокрушенный, кто видит в себе какую‑то добродетель или достоинство, кто не придерживается неукоснительно учения православной Церкви, а на основе того или иного толкования придумал свое собственное своевольное суждение или последовал неправославному учению, находится в состоянии подобного заблуждения». Именуется оно «мнением» и, согласно свят. Игнатию (Брянчанинову), «удовлетворяется придумыванием поддельных чувств и состояний благодати, из которых рождается ложное, неправильное представление обо всем духовном подвиге. Оно постоянно измышляет псевдодуховные состояния, «дружбу» с Иисусом, внутренние беседы с Ним, мистические откровения, голоса, наслаждения. От таких действий кровь получает греховное, обманное движение, которое предстает как посланное Божьей милостью наслаждение. Оно скрывается под маской смирения, благочестия, мудрости».
Отец Серафим указывал, что «стяжание Святого Духа происходит долгим и трудным путем подвижничества, путем «скорбей» в лоне Церкви Христовой». «Мнение» же, писал свят. Игнатий (Брянчанинов), «рассыпает свои дары в безграничном изобилии и с невиданной скоростью».
В заключительной главе о. Серафим признал, что, «возможно, найдутся сомневающиеся, дескать, почему возрождение «чудодейства» непременно сродни трюкам медиумов, дескать, неважно, каким путем передается «дух» или «чудо». Дело лишь в том, что дух этот не имеет ничего общего с православным христианством и следует буквально всем заветам и пророчествам Николая Бердяева относительно «нового христианства». Монашеский подвижнический дух многовекового Православия полностью остается в забвении. Это ли не доказательство неистинности такого «духа»? «Новое» христианство не довольствуется традиционным верованием, направляющим духовные силы человека к покаянию и спасению. Предпочитая сходиться во мнении с Бердяевым о том, что развитие христианства до сих пор «не завершено», оно добавляет второй уровень «духовных переживаний», которые по характеру никак не соответствуют христианству (хотя толкуются именно таковыми). Они доступны всем людям, независимо от вероисповедания, от покаяния и никоим образом не связаны со спасением души. Открывается «новая эра в христианстве, эра новой и глубокой духовности, новых преобильных излияний Святого Духа», что полностью противоречит православному учению и пророчествам.
