— Но именно она причинила тебе больше всего зла, — произносит он уверенно. — Я кое-что выяснил, пока искал тебя.
Я хмурюсь и задумываюсь.
Меня и самого не раз посещали догадки на этот счет. Но доказательств же не было. Если не считать тот момент, когда мы с Ариной застукали Рузанну со Славой.
— Я нашел ее, — продолжает Расул.
Поднимаю на него взгляд. Что значит «нашел»?
Он легко читает вопрос в моих глазах.
— Она готовится улететь из страны. Путем мошеннических действий в сговоре с нотариусом Рузанна переписала твою долю на себя. Попыталась продать ее. Покупателем выступил мой подставной человек.
— А Борис? — спрашиваю я.
— Борис… — задумчиво произносит он. — Борис убит. Я уверен, что убит. Хотя в заключение эксперта говорится о самоубийстве. Но эксперта, наверняка, купила Рузанна.
— Убит?! — восклицаю я.
С ужасом представляю, что испытает Арина, услышав такую новость.
— Да, Арслан, Бориса нет в живых. Его убили почти сразу, как с вами пропала связь.
— Но как? Как это произошло?
Я до сих пор не могу принять эту новость. Конечно, мы не были близки с Борисом. Но он… Он отец Арины…
— По заключению судмедэкспертизы он выпал из окна квартиры. Вернее, как написал эксперт, сам выпрыгнул. Но я уверен в обратном.
— Почему?
— Мои люди изучили обстоятельства. Официальные органы решили не заморачиваться. Сделали в деле отписку, что сам сиганул. Но у меня есть доказательства причастности Рузанны.
Стараюсь не пропустить ни одного его слова.
— Она была с Борисом там, в квартире, в тот момент, когда это произошло. Камеры в подъезде ее зафиксировали. Я копию снял уже.
Опускаю взгляд. Слишком много накатывает одновременно.
Смерть Бориса.
Предательство Рузанны.
Убийство.
— Арслан, — Расул встает, подходит и кладет руку мне на плечо, — я знаю себя. А значит знаю тебя. Ты должен сам разобраться с этой проблемой. Сам решить ее. Поэтому я ничего не делал. Позволил Рузанне думать, что она умнее и хитрее всех. Только следил за ней. Но я знаю, если ты не закроешь этот вопрос, ты всю жизнь будешь жалеть. Поэтому ты должен сам.
Встаю и смотрю ему прямо в глаза.
— Да, — произношу уверенно. — Где она?
Расул смотрит на часы.
— Через пять часов у нее вылет из Шереметьево.
— Она летит одна? — я вспоминаю о Славе.
— Нет. С каким-то хлыщом. Любовником, как я понимаю.
Киваю.
Все верно. Все так.
— Поехали, — говорит Расул. — Закончим с этим.
— Арина… — вспоминаю я. — Я должен сказать ей про Бориса.
— Нет, лучше не сейчас. Она еще не отошла от того, что с вами случилось. Скажешь, как решим вопрос. Ничего уже не изменить. Но ты должен думать о ней. И о вашем ребенке. Пусть наберется сил.
Он прав. Но я все равно иду в комнату к Арине.
Целую ее в губы и она просыпается. Медленно приоткрывает глаза.
— Мне надо отъехать, — говорю я и она хватает меня за руку.
— Зачем? Арслан, не оставляй меня одну.
— Арина, не бойся. Я скоро вернусь. И мы поговорим. Все будет хорошо. Есть дело, которое я должен закрыть. Сейчас. Но я вернусь. Ты будешь меня ждать?
Провожу рукой по волосам.
Она подносит мою руку к своей щеке и я чувствую ее тепло.
— Мне страшно, Арслан, — шепчет и вот-вот из глаз слезы польются.
И тогда я решаю взять ее с собой. В конце концов, она не помешает. Посидит где-нибудь рядом, пока я разберусь с Рузанной.
Расул не в восторге от моего решения, но я ясно даю ему понять, что Арина поедет с нами. И он соглашается.
Мы приезжаем в аэропорт.
— Сейчас ее попросят пройти в комнату для досмотра. Якобы для обычной проверки, — говорит мне Расул, когда мы наблюдаем через стекло за Рузанной и Славой, подходящим к окошку погранконтроля.
Слава проходит без проблем и ждет уже за линией Рузанну. Но вот ее пограничники задерживают. Долго изучают документы. Задают какие-то вопросы.
Я вижу, что Рузанна начинает нервничать. Заламывает руки. Роется в сумочке.
Слава тоже удивленно наблюдает за всем этим.
Наконец, ее приглашают пройти за сотрудником.
Расул, я и Арина идем в комнату.
— Мы тебя здесь подождем с Ариной, — говорит Расул.
Они с Ариной остаются в соседней комнате, откуда все слышно. Я же открываю дверь и оказываюсь там, куда привели Рузанну.
Она в комнате одна.
— Арслан?! — не скрывает она своего удивления, когда наши взгляды встречаются. — Как?! Но…
— Да, я жив, как видишь, — отвечаю спокойно. — И даже здесь. Рядом с тобой. Не мог не попрощаться. Далеко собралась?
Рузанна уже пришла в себя. Гордо закидывает голову и смотрит на меня теперь надменно.
— Ты не имеешь права. Открой дверь.
— Нет, Рузанна. Все. Твои приключения закончились. Закончатся здесь.
— Какого черта? Выпусти меня. Ты не имеешь права.
— Ты знаешь, — говорю я, не обращая на нее внимания, — пока я ехал сюда, я все думал. Почему? За что ты так со мной? В чем я виноват перед тобой? Я ведь всегда относился к тебе как к матери.
— А зачем? — вдруг спрашивает она. — Думаешь, мне это надо было? Да я ненавидела тебя еще в животе той суки.
— Заткнись! — сжимаю кулаки и это останавливает Рузанну. — Не смей говорить о моей матери. Не смей.
