Только не бей меня! Не бей! Не бееей!
Кнутом! Или плетью!
Что ты там прячешь под своей кроватью? Или в шкафу?
И не привязывай цепями к потолку.
Умоляю.
Когда я попыталась прикрыться, этот обезумевший мерзавец, шлёпнул меня по рукам, злобно зашипел:
– Убери руки. Сядь ровно и выпрями спину. Нечего стесняться. Чего я там не видел, девочка. Ты прекрасна. Любоваться тобой хочу. Трогать. И лапать. Везде, где только захочу. Имею законное право. Ясно?! Или тебе напомнить, что ты сама себя продала? Никто не заставлял под дулом пистолета. Не надо зажиматься. Иначе, разозлюсь. И к хренам порву тот долбанный контракт?! Неужели ты этого хочешь, куколка?
– Нет, нет. Хорошо. – Испугавшись, быстро-быстро замахала головой и кое-как заставила себя убрать руки от груди.
Вцепившись ногтями в край постели, глубоко выдохнула. Мышцы влагалища до сих пор сладко сжимались, а голова налилась свинцом, да и тело швыряло из одной стороны в другую, как на волнах.
– Ты что, никогда не кончала? – Выдал мне эту гадость в лоб.
Пришлось ответить. Но, чёрт подери, как же это адски сложно сдерживаться и плясать под дудку ненавистного врага. Аж изнутри всю дерет и корежит от нежелания стать персональной рабой мерзавца Большакова.
– С чего ты взял? – сухо, еле-еле слышно выдавила.
– Да у тебя на лице это было написано! Ты испугалась… Дорогуша, у меня в фаворитках было много целочек, и я спец по эмоциям в этом плане.
– Нет. С тех пор… я – Голос сорвался. В голову полезли дурные мысли, родом из прошлого. – У меня не было мужчин. Кроме тебя.
– Браво! – Громко захлопал в ладоши. – Неплохая попытка, Лили. А ты настырная, да? Снова решила попытать счастье? Взять меня на понт? Хрен тебе! Не куплюсь, ясно! Отец твоего ребёнка – полный мудак, раз ни разу не доставил своей женщине истинного удовольствия в постели.
Надо же! Хоть в чём-то тупица прав. И хоть в чём-то признался.
В том, что отец Дениски – полный мудак.
Напыщенный кусок дерьма.
Какой же ты тупой!
Разве сложно просто взять, выслушать и поверить?! Сделать этот дурацкий тест на отцовство и не вы*бываться?!
Кошмар! Меня накрыло. И злость затрещала в венах.
Да просто в конец уже всё достало
Однако, я уже давно как передумала. Насчет теста ДНК. Из-за того… что Большаков может отобрать у меня Дениску. Я помнила их разговор с другом. И меня знобило от ужаса. После их шокирующего диалога.
Таким образом, я решила, что буду молчать. И ни за что на свете не признаюсь Большакову в том, что это он отец моего малыша.
– Послушай ты! – Вскочила с кровати и бросилась на него с кулаками, потому что осточертело. Осточертело на хрен терпеть его оскорбления и унижения! Но этот бесов ублюдок схватил меня за волосы и… толкнул спиной на кровать, а сам сверху навалился.
– Рот закрыла. Легла на кровать и расслабилась
Плюхнувшись головой на подушку, я обреченно начала хватать губами воздух и задыхаться от новых приступов паники, как рыба, выброшенная на сушу.
– Мне тоже нужно снять напряжение. – Навис надо мной страшной тучей, взял в плен мои запястья и грубо завел их над головой, придавив к матрасу.
Конечно, я испугалась. Настолько сильно оторопела, что по щекам покатились слёзы.
– Да не трясись ты так. И не реви. Я не буду тебя трахать. Не сегодня! Большаковы отвечают за свои обещания. Просто посмотрю на тебя и подрочу. Разве что… Прищурился. – Немного потрогаю. Сиськи твои охеренные… Помну. И писечку… Нежную. Маленькую. Сладенькую. Полапаю. А будет настроение, когда-нибудь, даже полижу. И ты, бл*ть, я тебе отвечаю, перестанешь заниматься ерундой, то бишь – афёрой, с целью развести меня на бабки, забудешь о ненависти и добровольно сойдёшь от меня с ума.
Рывком распахнул на мне халат. Немедля ни секунды, вытащил член из мокрых, после ванны штанов, и принялся водить по нему рукой. Вверх-вниз, вверх-вниз. Сначала медленно, потом всё быстрей и быстрей, натирая толстый ствол в скоростном режиме, запрокинув голову назад до тех пор, пока внушительного размера кол не налился кровью и не увеличился до сумасшедшего объема.
Мама.
Какой же он… огромный. И внушительный.
Гладкий. С полной, набухшей головкой, которая быстро увлажнилась. А сам ствол, окаменев, также покрылся смазкой и сеткой из вен.
– Что так смотришь? – Кирилл ехидно подмигнул, – Нравится? Хочешь его?
– Я… я…
Ненавижу этого придурка!
Он рассмеялся, продолжая наяривать и хохотать, получая удовольствие от собственного превосходительства.
– Не скромничай, малыш. Ты его получишь. Уже очень скоро. В этот раз тебе понравится. Первый раз всегда ху*во, зато потом… Сама не будешь слазить с моего члена.
– Ааа, Кирилл! – Я закричала от неожиданности, когда он, левой рукой, схватил меня за грудь и властно сдавил потяжелевшее, от переизбытка молока, полушарие, а правой – ускорил ритм фрикций в собственную ладонь. К процессу подключились бёдра. Лёжа на мне сверху, мужчина принялся ещё агрессивней работать рукой и одновременно сжимать ягодицы, толкаясь членом в напряженный, как мрамор, кулак. При этом, Кирилл рычал и скалился.
Боже.
Да он в край рехнулся!
Ненормальный, тронутый на всю голову больной извращенец!
