Не. Отпускай меня полностью

Не знаю. Я еще не решилась. Мне нравился Коннор, но не очень нравилась мысль говорить с ним о своих проблемах. С другой стороны, он теперь знал о моих страхах. Может, это и к лучшему. Я делала все, чтобы скрыть свое прошлое от друзей и без него построить будущее в Мелвью, но что, если это было невозможно? Прошлое было частью меня и формировало меня. Я не могла отделить его от себя, как отмершую конечность. Но даже если бы могла, культя была бы видна. Возможно, пришло время выбрать новую стратегию, взять пример с Ноа и других и принять тот факт, что я могу бежать от Алана, но не от человека, которого он из меня сделал. Это не означало, что я должна всем рассказывать, что он со мной сделал — обещание, данное ему, препятствовало мне, — но я могла быть честной с собой и со своими друзьями, так же как была честна с Меган. В этой ситуации что могло помочь приблизиться к правде и дать ей медленно войти в мою жизнь больше, чем занятия в безопасности закрытой группы?

— Остаюсь, — сказала я, не дав себе шанс передумать. Теперь пути назад не было.

Наконец! После недель абсолютного затишья меня снова пригласили на осмотр квартиры для совместного проживания. Это случилось впервые с тех пор, как я была у Оливии, и, когда этим утром стучала во входную дверь Миранды и Стеллы, я не могла бы быть более взволнованной. Комната, которую они сдавали, находилась рядом с кампусом и была мне по карману. Тело вибрировало от предвкушения, однако это чувство длилось недолго. Уже на лестничной площадке мне ударил в нос резкий запах травы. Я еще лелеяла надежду, что запах шел из другой квартиры, но он привел меня к двери Миранды и Стеллы. Я сразу подумала о Конноре и мнимо прекрасной квартире для совместного проживания, которую он показывал мне в Интернете.

Я не осуждала людей, куривших марихуану, и, возможно, могла бы, учитывая благоприятную цену, не обращать внимания на запах, но, войдя в квартиру, я увидела, что запах травы был самой маленькой проблемой. В квартире не было пола. Вернее, был только серый цементный пол, состояние которого позволяло предположить, что ковролин или ламинат отсутствовал здесь не со вчерашнего дня. Описанная в объявлении «встроенная кухня» встретила меня нагромождением старых шкафов, погребенных под горами мусора и грязной посуды. Ели здесь на садовом столике из пластика с заметными следами повреждений от тушения сигарет. Ванная комната показывала уровень гигиены общественного туалета, а предлагаемая комната размером четырнадцать квадратных метров в реальности имела не больше десяти. По сравнению с этой квартирой даже тот мотель можно было классифицировать как достойное жилье, и чем дольше я из вежливости говорила с Мирандой и Стеллой, тем больше убеждалась, что марихуана была самым безобидным наркотиком в их жизни. Когда я попрощалась, они сказали, что свяжутся со мной, но, как только покинула квартиру, я решила написать им вечером письмо с отказом.

Луки и Апрель в этот вечер не было дома. Я использовала время, чтобы позвонить Норе и маме. С Рождества мы мало контактировали друг с другом, и Нора упрекала меня в этом. Я не могла осуждать ее, но пыталась загладить вину, слушая ее школьные сплетни и проявляя терпение, когда она целых десять минут восторженно рассказывала о Миче Дженкинсе. Мальчик казался прямо-таки идеальным. Потом я еще поговорила с мамой об учебе, а она рассказала мне горячие новости из больницы (заведующий отделением встречался теперь с медсестрой). В конце мы договорились — хотя обе знали, что это ложь, — скоро созвониться и закончили разговор.

Я ненавидела скованность между нами, но единственной возможностью ослабить ее был бы визит в Мэн, а к этому я еще не была готова. Может, это случится через несколько месяцев или лет, когда запуганная девочка во мне наконец будет в состоянии сказать Алану «нет».

Пока меня полностью не захватили мрачные мысли, я встала и поставила в духовку замороженную лазанью. В ожидании ужина я прибрала в квартире и приготовила конспекты. Я хотела использовать тишину, чтобы спокойно заполнить пробелы в знаниях.

Я торопливо ела лазанью, прислонившись к кухонной стойке, чтобы не запачкать жиром и сыром конспекты, и слушала при этом аудиокнигу «Весь невидимый нам свет», которую недавно скачала. Потом села за стол. Я действительно устала снова и снова читать то же самое, но не делать этого не могла: у меня был слишком большой страх перед повторным экзаменом. Я настолько погрузилась вглубь человеческой психики, что в испуге подскочила, когда со стуком открылась входная дверь.

Я увидела Луку. С наморщенным лбом и окаменелым лицом он остановился у входа. Лука не пытался избежать моего взгляда или игнорировать меня.

Он смотрел на меня. Меня. Я хотела этого, но его ледяной взгляд заставил меня пожалеть о своем желании.

Подчеркнуто медленно он зашел в квартиру и закрыл за собой дверь.