— Уверена, это все потому, что однажды какая-то ведьма не поддалась на ухаживания инквизитора. Ей просто не захотелось, а он устроил травлю и испортил всем жизнь на века… — язвительно пояснила одна из Верховных. Седовласый, кажется, что-то хотел заявить на это — не менее язвительное — но сделал вдох-выдох и повторил спокойно.
— Мы. Пока. Не знаем. Что произошло. Но мы постараемся узнать. В том числе и то, как развивалась ситуация в дальнейшем. И как так получилось, что ваша Верховная и наш инквизитор так ошиблись и едва не устроили смуту снова. Только не это самое важное. В любом деле можно цепляться за прошлое. А можно признать, что да, оно было. И все ошибались… И сделать шаг в будущее, — в этот момент он повернулся ко мне. — Наставница Шетти, вы вполне можете стать этим самым будущим. Вы и ваши воспитанницы, которые уже узнали, как обращаться с инквизиторами. Стоит подумать, как именно вам упрочить ваши взаимоотношения именно с Его Светлейшеством…
Вот тут я не выдержала.
Вскочила с кресла и выдавила из себя слабое:
— Ч-чего?
— Вы же сами говорили, что он вам не совсем безразличен. Понятно дело, это обусловлено природой и постоянным вашим присутствием в магическом поле друг друга. Так может…
Изумленный всхлип вырвался из меня невольно, но сумел таки остановить поток его красноречия.
Я в некотором ступоре перевела взгляд на Верховных. Те переглянулись, но позволили себе только хмыкнуть, не комментируя, и пожать плечами, потому что они-то знали, “так может” уже произошло. А вот Старшая смотрела с настоящим беспокойством.
Меня же начало подташнивать.
“Обусловлено природой”? Так меня тянуло к Джейдеву, именно к нему, не только ради инициации и собственного выбора, не вопреки тому, что он инквизитор, а поэтому?
А его? Его, получается, также? Не тянуло ко мне, как к Прияне, просто Свет хотел укрыться Тенью? Или еще что хуже? Он же был вчера вечером здесь без меня. Когда уже обсуждались все эти сведения, уверена. Прошлое обсуждалось. Возможности. Он ими что… воспользовался?
Хоть не предупредил об этом присутствующих. И на том спасибо…
И что теперь? Они, получается, хотят от меня продолжения? То есть для меня это продолжение, а для того же короля — начала наших отношений? Чтобы мы были… парой? Хотя я ему совсем не пара? Чтобы мы просто что-то начали делать, показывая тем самым пример прочим? И то, что касается моих чувств и желаний… наших…это станет предметом политической игры? И меня не семья ждет, а показные представления?
— Я же могу отказаться?
Сама не знаю, как сумела это произнести, с учетом того, что зубы у меня были стиснуты.
— Вы можете, но… — начал седовласый.
— Конечно можешь, — резко прервала его Равана Лал и с вызовом посмотрела и на мужчин, и на Верховных, — И никто не посмеет заставить ни тебя, ни девочек.
— Так уж и “заставить”, - снова хмыкнула одна из Верховных. Но, кажется, получила какие-то сигналы от прочих, закатила глаза и подтвердила со вздохом, — Это дело добровольное. И не быстрое. Да, теперь и у ведьм, и у инквизиторов будут добрые намерения в этом направлении, но точно не за счет тех ведьм, которые не желают.
— Тогда я пойду… — проскрипела в никуда и действительно двинулась к выходу. И никто меня не остановил.
Только распахнувшаяся дверь остановила.
И появившийся на пороге инквизитор.
Мой инквизитор… который не мой.
— Почему меня не… — начал он с порога, увидел меня и резко выдохнул, — Прияна! Вот ты где! Я должен…
— Ректор Агрэ, проходите и присаживайтесь, — раздался голос короля.
— Но я…
— Это приказ! И дайте уже наставнице Шетти выйти, не хочу чтобы меня снова обвинили в каком-то насилии, — раздраженно заявил Его Величество. Вокруг него тут же все о чем-то заспорили — то ли о том, что его никто и не обвинял, то ли о том, что обвиняли не зря…
Это какое-то сумасшествие.
Я поняла, что мне надо и в самом деле уйти. От всех этих людей. От прошлого, настоящего и будущего. И от Его Светлейшества, глядящего странно, тоже надо…
Он, кажется, прочитал мое желание по глазам. Пропустил, отчетливо скрипнув зубами и потребовав тихо:
— Как только пойму, что происходит, я тебя найду.
Угу. Ищи.
Я вернулась в свои покои, села на кресло и сдавила голову руками. Потому что она грозила лопнуть. От противоречивых приказов и слов, от сотен голосов, что я слышала всю свою жизнь. И в этот оборот. И в последние дни… Они вопили так громко, что я не могла услышать один единственный голос.
Себя.
Да что там голоса. Произошедшее в последние дни полностью меня разрушило. У меня было ощущение, что я как старая башня, которая рассыпалась множеством камней. И из этих камней можно, конечно, построить новую. Но где? И какую? И как это сделать, когда вокруг… вот это все?
Выход из этого безумия был. В прямом смысле выход. А мне надо было остаться одной… в прямом смысле одной.
Иначе я не то что башню не построю, у меня и камни превратятся в пыль.
