– Потому что люк бензобака можно открыть только из салона авто, – сухо поясняю элементарные вещи. – Следов взлома нет, дальнейшую цепочку сама закончи.
Она недовольно поджимает губы и отворачивается. Идиотка.
Паркуюсь около гостиницы, в которой забронировал номер, и выхожу из машины. Помогаю Наташе вытащить чемодан и придерживаю дверь в здание.
– Дальше сама, – киваю на ресепшн и разворачиваюсь.
– Даже не поднимешься? – кидает она мне в спину.
– Не стоит.
Качаю головой и возвращаюсь в машину. Один вопрос можно считать решенным. Выруливаю с парковки и еду в цветочный. В городе их всего два, и оба так себе. С горем пополам нахожу то, что нужно. Нежно-розовые пионы и сиреневая статица. Красиво и очень тонко. Надеюсь, Лиде понравится.
С улыбкой еду обратно, предвкушая нашу встречу и ее реакцию. Смотрю на часы: рабочий день Лиды должен вот-вот закончиться. Сворачиваю к конюшне, но не захожу на территорию, а остаюсь ждать снаружи. Спустя полчаса понимаю, что что-то идет не так.
Закрываю машину и иду на конюшню – закрыта, но Лида не выходила. Я не мог ее пропустить. Чертовщина какая-то. Осматриваюсь и замечаю управляющего. Иду к нему.
– Добрый день, – пожимаем руки. – Где я могу найти Лидию?
– Добрый. По какому вопросу? – Сан Саныч сканирует меня пристальным взглядом, от которого становится не по себе. Не нравится мне этот тип, ой как не нравится.
– По личному, – без труда выдерживаю его натиск.
– Лида уже ушла, – разводит он руки в стороны. – Пораньше отпросилась.
– Вот как? – Моя бровь удивленно изгибается. – Что-то случилось?
– Понятия не имею. Приходите завтра.
– Спасибо.
Не нравится мне все это. Озадаченно возвращаюсь в машину и трогаюсь с места. Ерунда какая-то. Что могло произойти? Может, с пацанами чего? Ответа нет, благо ехать недалеко. Паркуюсь около забора и иду к дому Лиды, оставив букет на заднем сидении. Мало ли что там, может быть, не к месту.
Поднимаюсь по лестнице и слышу крики, дверь открывается, и Лида практически влетает в мои объятия, а за ней пьяный Василий.
Она смотрит на меня огромными глазищами, дрожит и едва не плачет. Боится его? Инстинктивно прячу ее за свою спину и только сейчас замечаю ремень, летящий вслед. Ловлю его ладонью и резко дергаю на себя, вырывая из рук Василия. Встречаемся с ним взглядами.
– О, сосед, – расплывается в осоловелой улыбке. – Какими судьбами?
Не отвечаю. Спиной чувствую, как доверчиво прижимается ко мне девичья фигурка, и стискиваю зубы от злости, едва сдерживаясь, чтобы не втащить ему с размаха.
– Зайдешь? – продолжает лебезить Василий, словно не замечая моего состояния, хотя куда ему. – С мужиками выпьешь.
С мужиками? От этой фразу меня знатно вспенивает. Мужики? В доме, где живет молодая красивая девчонка, пьяные мужики? Да пипец!
– Зайду, – цежу сквозь зубы и уничтожаю его интонацией. Пора объяснить этим дятлам нормы допустимого поведения, и не дай бог кто-то позволил себе хотя бы один косой взгляд в ее сторону.
Василий быстро ретируется, а я как ни в чем не бывало оборачиваюсь к Лидии. Она поднимает на меня глаза и виновато улыбается.
– Спасибо, – едва слышно шепчут ее губы, а я борюсь с желанием накрыть их своими.
Такая маленькая и испуганная в моих руках. Хочется защитить от всего на свете. Не отказываю себе в удовольствии и прижимаю ее к груди, жадно втягивая нежный аромат.
– Не ходи к ним. – Лида отстраняется и ловит мой взгляд.
– Мне очень приятно твоя забота, – мягко говорю я и улыбаюсь.
Она смущается, закусывает губу и отводит глаза в сторону.
– Держи ключи от моего дома, – кладу ей в ладонь связку. – Жди меня там. Приду и поговорим.
Послушно удаляется. Провожаю ее взглядом и вхожу в дом. Из кухни слышны голоса, двигаю туда. Трое мужчин заняли все пространство. На столе соленые огурцы и водка. Специфический запах неприятно щекочет обоняние.
– Вот и мой сосед Павел, – оживляется Василий заметив меня. Подрывается, чтобы найти мне рюмку.
– Миха, – тянет руку один из собутыльников.
– Володя, – представляется второй.
– Штрафную ему.
– Где закуска, Васек?
– Вот черт, Лидка! – голосит тот. – Дай пожрать!
На этом мое терпение лопается. Я видел достаточно, чтобы сделать определенные выводы. Приговор окончательный и обжалованию не подлежит.
– Значит, так, граждане отдыхающие, у меня созрел тост, – беру налитый доверху граненный стакан и усмехаюсь.
– Давай.
– В этом доме живут молодая девушка и двое маленьких детей, – окидываю всю компанию пытливым взглядом, но не встречаю и намека на понимание. – Здесь совсем не место для попоек, поэтому по-хорошему взяли свои манатки и свалили нахрен. А главное – забыли сюда дорогу, – швыряю полный стакан в раковину. – Еще раз увижу – сломаю нос. Для начала…
– Да ты офигел. – Миха подскакивает вслед за стаканом.
Скручиваю его в бараний рог и провожаю к выходу. При помощи пинка придаю ускорение с лестницы и возвращаюсь.
– Я сам. – Володя примиряюще поднимает руки, хватает бутылку и сбегает следом за другом.
– Что ж ты творишь… – качает головой Василий. – Я ж тебя как гостя дорогого в дом пригласил, а ты…
