– Это будет компенсацией за все то, что ты устроила мне, мерзкая потаскуха! – злобно приговаривал он, впиваясь пальцами в нежную кожу, после которых неминуемо остались бы синяки и, я думаю, это он тоже делал намеренно, оставляя о себе долгую память.
Я закрыла глаза, стараясь отключиться от происходящего, мне оставалось только терпеть и ждать, когда все завершится, а после надеяться, что это чудовище уйдет из моей жизни навсегда. Остервенелое пыхтение у меня над ухом вскоре прекратилось, я ощутила последние резкие толчки, и тяжелая туша мужа сползла с меня. Больше ничего не говоря, он застегнул ширинку и молча покинул квартиру, громко хлопнув дверью.
Еще с минуту я лежала без движения, чувствуя себя грязной и униженной, а потом осторожно встала и направилась в ванную, едва держась на ногах. Одежду, что была на мне, я сложила в мусорный мешок и выкинула, не вынося вида вещей, в которых меня насиловали. В гостиной прибралась и поставила чайник. Все мои последующие действия выполнялись на автоматизме, пока в горле стоял комок тошноты и истерики готовый вырваться наружу. Закутавшись в плед, я села с чашкой чая на подоконник и, уставившись в окно, разрыдалась…
Весь следующий день я не выходила из дома и не отвечала на звонки, отправив только одно единственное сообщение Светлане, что заболела, поэтому не смогу пока работать. Она пожелала мне выздоровления и больше не беспокоила. Мне не хотелось никого видеть и ни с кем разговаривать. Я находилась в депрессии и большую часть дня либо спала, либо рыдала, жалея себя, так как болезненные воспоминания о вчерашнем визите супруга еще темнели отпечатками синяков на моей светлой коже, а внутри ощущалась пустота и горькое разочарование жизнью вообще.
Проснувшись в кровати от навязчивого стука, доносившегося из прихожей, я сначала взглянула на часы и, убедившись, что, время еще не ночное, а вполне себе вечернее, встала и направилась на звук, выяснить, в чем же дело. Входная дверь сотрясалась уже сильнее, кто-то отчаянно в нее бомбил, желая разбудить хозяина квартиры, и я насторожилась, заглянув в «глазок».
– Эй! Я знаю, ты наверняка дома! Открывай! – требовала Соня, барабаня руками и ногами снаружи и мне пришлось отпереть дверь, чтобы она не подняла на уши весь подъезд. – У тебя домофон не работает, что ли? Звоню уже несколько минут! Хорошо хоть соседи впустили… – она на секунду запнулась, увидев мое зареванное лицо и растрепанный вид домашнего затворника, а потом воскликнула. – Что случилось?!
Вместо ответа я всхлипнула и медленно направилась в кухню, предполагая, что подруга все равно не уйдет, пока не выяснит все, что ее интересует, а, значит, пора снова ставить чайник, разговор будет долгим.
– Ты со вчерашнего вечера не отвечаешь на звонки и сообщения. Зная твой талант влипать в неприятности, я начала думать самое страшное! – заявила возмущенная Соня, сразу плюхнувшись за кухонный стол. – Мне повезло, что я нашла тебя здесь, а то даже и не представляла, куда еще бежать искать! Ну, так в чем дело? Ритка, не молчи, вижу же по тебе, случилось что-то!
Разлив горячий чай по чашкам, я поставила их на стол и села напротив.
– Вчера сюда приезжал Гриша и… – безучастно произнесла я. – Он изнасиловал меня.
Я замолчала, закончив краткий пересказ нашей встречи, а Соня напротив, в возмущении округлив глаза, стала гневно извергать ругательства в сторону моего супруга до тех пор, пока словарный запас матерных и близких в этому слов у нее не иссяк.
– Да, когда же это кончится?! Сколько он еще будет портить тебе жизнь?! Разводись уже, хватит тянуть! И съезжай из его квартиры быстрее, иначе эта козлина так и будет к тебе наведываться со своими ключами!
– Он разозлился из-за вашего директора и приходил выместить злость на мне. Как я поняла, Владимир перекрыл ему источники дохода, ну или сильно уменьшил, и он остался без денег, – пояснила я.
– Хм… да, наш мог, он у нас категоричный. Если чего в голову втемяшится, из-под земли достанет… – задумчиво протянула Соня. – Погоди, а с чего твой муж вообще решил, что ты с этим связана?
– Не знаю. До сих пор не пойму, как он выяснил, что я жила в доме Уварова. Может, следил за мной? Он же абсолютно уверен, что мы любовники! – ломала голову я.
– А, может, и следил, кто ж его знает? – пожала плечами подруга. – Твой шизофреник, к примеру, мог увидеть тебя в его офисе, около которого все время отирался, а затем проследить за машиной до самого дома. На квартиру ты, по твоим же словам, не вернулась, вот отсюда и выводы!
– Возможно… Ладно, не хочу больше об этом думать. Надо найти новое жилье побыстрее и съехать отсюда.
– Правильно. Если хочешь, поживи пока у нас.
– Нет, спасибо. У меня есть деньги, я могу позволить себе снять квартиру. Тем более, я уже получила первую зарплату, да и Владимир мне выделил крупную сумму, которой точно хватит на ближайшее время, так что не переживай, как-нибудь справлюсь, – успокоила я Соню и, не удержавшись, неуверенно спросила. – Не знаешь, как он там?
