Можно через Сувалки. Департамент располагает там адресом партийной явки. Однако прусскую границу освещает Заварзин… – Михаил Фридрихович не договорил, но сам подумал: московский коллега вполне может и помешать. – Есть вам другой путь. Южней. Через Радом и далее – в Австро-Венгрию, в Краков. Этот путь есть более предпочтительный для нас. Тем более что, по всей вероятности, именно Краков – место будущей конференции. Вам надлежит выезжать в самое ближайшее время. Мне нужно знать, где и когда предположена быть конференция. Прежде всего – где. Такое есть ваше задание.
– Любопытное задание, – штаб-ротмистр проследил по карте.
– Как только узнаете, где она собирается, возвращайтесь. Вас будет ждать представление к награде.
Начальникам Тифлисского, Пермского, Уфимского Губернских Жандармских Управлений, Московского, Киевского, Екатеринославского, Бакинского Охранных Отделений.
Департамент Полиции просит Ваше Высокоблагородие сообщить, какие имеются в Вашем распоряжении сведения о членах большевистского Организационного Бюро и о личностях избранных делегатов, присовокупляя, что во исполнение циркуляра Департамента Полиции от 16 октября 1911 года за № 108619 как означенных членов Организационного Бюро, так и делегатов надлежит подвергнуть аресту в целях недопущения перехода ими границы для участия в конференции.
…С момента последней ликвидации сношения Русского Организационного Бюро с гор. Москвою и областью Центрального промышленного района прерваны окончательно и восстановить их социал-демократам не представится возможным.
Что касается Петербургской социал-демократической организации, то делегатами от нее на конференцию избраны рабочий Обуховского пушечного завода некий Норов, а также чертежник Балтийского завода Онуфриев, проживающий за Невской заставою…
– Принимайте гостей! – Пятница переступил порог квартиры в доме на улице Коллонтая.
– Прошу! – От стола поднялся им навстречу мужчина с коротко стриженной бородкой и обвислыми усами. – Альберт? Входьте. Утешен се же вас видзе.
Это была проходная кухонька. На табурете в углу – таз и кувшин с водой. На плите – прикрытые газетой примус, чайник и посуда. И тут же около плиты – письменный стол, заваленный исписанными листками, типографскими гранками, газетами, книгами.
– Есть дело. Где можно поговорить?
Мужчина развел руками: мол, вот все мои апартаменты. Антон понял: его спутник хочет, чтобы он не присутствовал при разговоре. Путко уже привык к этой его деловитой бесцеремонности, на которую нельзя было и обижаться. Повернуться и выйти?
– Подождите здесь, – сказал сам Пятница. – Мы скоро вернемся.
А через полчаса, когда они снова собрались втроем, показал на хозяина дома:
– Товарищ Юзеф. Ему нужен помощник. Возражений нет?
