И не нужно путать истинных семидесятников ни с теми, кто, навроде наших балластников, воспоминания о великом прошлом воспринимал как ненужную нагрузку на память; ни с теми, кто, навроде наших шиложопых, от слишком спокойной жизни психовал больше, чем от слишком беспокойной, и потому начинал безобразничать. Как они говорили про семидесятые уже в послезастольные времена: "Да, жить было хорошо, легко и приятно. Но - невыносимо пресно и скучно!" А истинным семидесятникам - не было пресно и скучно, а было естественно! Подобно тому, как рыбам в воде не мокро и не сухо, а естественно...
Вот и мы все, даже те из нас, кто вовсе не считает себя семидесятником, лучше, чем в любой другой стране и эпохе, жили бы в Советском Союзе семидесятых годов. Точнее, от 24 до 25 Съездов КПСС, не раньше и не позже. А в идеале - не в том Советском Союзе, который был в истории, а в том, каковой получается, если мнение о нём составлять на основании воспоминаний ностальгирующих в последующие эпохи, тех самых, которые всячески раздували достоинства, замалчивали недостатки, и иногда и привирали. Если бы мы имели такой выбор... разве бы мы драпанули сюда?!...
- Наоборот, мы бы притащили отсюда... кордаиты! Да и предупредили бы, о том, что высмотрели в недалёком тамошнем будущем... А поскольку тот мир нам - кукиш, то и мы тоже... промолчали...
- Наше молчание оказалось нашей местью тому сволочному миру! За жестокое к таким, как мы, отношение! Можно представить, каково там было, когда до них дошло, о чём мы могли бы их предупредить, но - промолчали... А кордаиты - только для нас!
- А не спеть ли нам про кордаиты?!...
- Споём!
- Споём!!
- Споём!!!
И запели хором:
Под высоким кордаитом
Не придётся подыхать,
Под высоким кордаитом
Не придётся бедовать,
Под высоким кордаитом
Не придётся голодать,
Под высоким кордаитом
Будем брюха набивать!
Под высоким кордаитом
Не придётся пыль глотать,
Под высоким кордаитом
Не придётся снег кидать,
Под высоким кордаитом
Не придётся службу бдить,
Под высоким кордаитом
Будем пьяными ходить!
Под высоким кордаитом
Не придётся тосковать,
Под высоким кордаитом
Не придётся горевать,
Под высоким кордаитом
Ни один не спит один,
Под высоким кордаитом
Много девок будет с ним!...
Под высоким кордаитом
Не валяйся на земле,
Под высоким кордаитом
Не валяйся на гавне,
Под высоким кордаитом
Расстели большой матрац,
Под высоким кордаитом
На матраце сладко спать!...
***
Через пятьсот лет.
Широкий балкон на крутом, почти вертикальном, склоне жилого лакколита, с плетёной оградой по краям и с великолепным видом на закат Солнца. На балконе стоят - стол и кресла.
На балкон из ведущего из глуби лакколита прохода открывается дверь, и выходят несколько красивых девушек - блондинок, брюнеток, шатенок и рыжих. У всех на головах - обручи, похожие на короны, отлитые из золотых самородков и обильно инкрустированные негранёными самоцветами, такие дозволено носить только первому поколению. Все внешне выглядят лет этак от 15 до 17 - то есть накордаитились очень обильно, больше мужчин, которые чаще всего придерживаются стандартного возраста в 19 лет. Выносят на балкон корзинки. Располагаются в креслах и выкладывают из корзинок на стол - металлическую посуду, отлитую из самородков меди, серебра и золота, и инкрустированную негранёными самоцветами; закуски и вина в серебряных кувшинчиках.
- Выпьем, закусим! - говорит одна, эффектная блондинка, с особо крупными самоцветами в наголовном обруче, что указывает на положение старшей жены в гареме её парня - Пока наши покрыватели в Пиршественном зале празднуют в своём кругу, мы отпразднуем в своём!...
- Да уж, отпразднуем, девочки - соглашается другая, зеленоглазая шатенка - Кто бы мог подумать - пятьсот лет живём, и всё молодыми...
- Что бы с нами было, если бы нас не украли?!... - добавляет третья, курносая брюнетка - То, что мы давно бы уже передохли, это ещё полбеды, но вот то, что мы бы перед этим ещё и превратились бы в отвратительных старых маразматичек - вот это совсем Беда!...
- А я очень была благодарна моему, что он меня украл, причём ещё до того, как нам стало известно про кордаиты - говорит четвёртая, натуральная платиновая блондинка, тоже с крупными самоцветами в обруче - меня и воровать не нужно было, я бы и так согласилась. Потому как очень уж жестоко ко мне ТАМ относились мои родители... и прочие старшие родственники, чтоб им было худо там, где они сейчас! В строгости меня держали, гады такие, в ежовых рукавицах! С парнями знаться не разрешали, говорили: "Вот выйдешь замуж - тогда и раздвинешь ноги!". Да какой бы мне ТАМ замуж, если чуть с каким парнем познакомлюсь, так сразу "А ну, давай сюда своего прынца!", и всё - на них угодить было невозможно: "Чтобы духу его возле тебя не было!"... Так что мне это похищение было подарком Судьбы...
- Знаем, знаем, что тебя твоё старичьё держало в строгости... В той самой строгости, которая - строгость для строгости...
