мимо нас каравана напевает «Я не возьмусь за плеть, буду коня жалеть».
Песни начитают разлетаться по миру.
Глава 18
Лето кончилось. Кончились и наши выступления с труппой бродячих артистов. Нам очень повезло с братом, что мы
встретили именно их. Не раз и не два мужчины этой семьи вставали на нашу защиту, оберегали нас и помогали, как
могли. Да, мы отблагодарили их хорошими выступлениями и повышением заработка, но они все-таки удивительно
доброжелательные люди и нам будет не хватать общения с ними. Но все когда-нибудь кончается. Мы пустились в
путь с целью найти учителя, и мы его нашли, а если точнее, то это он нашел нас.
Все произошло в этот вечер на нашем последнем выступлении в крупном портовом городе. Выступали мы на
самом большом постоялом дворе перед хорошей публикой. Старшие сыграли пьесу, а под конец как всегда
выступили мы. Наши песни появлялись везде почему-то впереди нас и на подмостках мы исполняли их уже по
заказу зрителей, но сегодня в слушателях у нас было много купцов и дворян, и поэтому поступали неожиданные
просьбы. Пришлось исполнить несколько песен, которые раньше никогда не звучали. Я берегла их, они были
дороги мне, и я точно знала, что мой Алекс с ними знаком. Так получилось, что спела я их именно сегодня и
именно сегодня, после выступления, нас нашел мастер.
Наша обычная программа подходила к концу, когда одна из молодых леди не скрываясь звонким голосом
произнесла свою просьбу:
— Через несколько дней у меня свадьба, меня отдают за старика, а любимый уезжает на рассвете. Спойте для меня!
Пожалуйста…
После ее слов сидевший рядом с ней пожилой мужчина гневно поджал губы, а маленькая служанка положила нам
на помост золотой.
Я тронула струны и, глядя ей в глаза, запела:
Ты меня на рассвете разбудишь,
Проводить необутая выйдешь,
Ты меня никогда не забудешь,
Ты меня никогда не увидишь.
Следующий куплет повел Дани, более звонким голосом, от имени девушки. А дальше мы пели вместе.
Заслонивши тебя от простуды,
Я подумаю: "Боже всевышний!
Я тебя никогда не забуду,
Я тебя никогда не увижу".
Не мигают, слезятся от ветра
Безнадежные карие вишни.
Возвращаться — плохая примета,
51
Я тебя никогда не увижу.
И качнутся бессмысленной высью
Пара фраз, залетевших отсюда.
Я тебя никогда не увижу,
Я тебя никогда не забуду…
(Опера «Юнона и Авось» — «Я тебя никогда не забуду»)
Ну что же, в конце песни, уткнувшись в платочки, всхлипывали все дамы в зале, и мы немного растерялись, но тут
нас выручил один очень представительный господин с жестким, бескомпромиссным выражением лица.
— Ну-ка! Хватит слез! Попробуйте спеть что-нибудь для меня. Угадаете, награжу. Нет — так на нет и суда нет.
Глядя на его суровое лицо и плутоватые глаза, мне почему-то померещилось, что данный гражданин принадлежит к
наемникам, что нам не раз встречались по дороге, и я рискнула: Одной водою полито, одной рукою полото
То поле, где растет мечта про золото.
За лацканы затасканы, охаяны, обласканы
Плоды греха, казавшиеся сказкой нам.
И вот соединение мечты с плодом растения
Дает невероятный урожай греха.
Погодные условия, обличья и сословия
Ему не повредят наверняка.
Идет девица ль под венец, сказал ли истину мудрец,
Созрел на поле огурец.
Мы мудреца тем огурцом, девицу — в интересный дом…
Греху — начало, истине — конец.
Ах, согрешил неплохо ты и небольшие хлопоты
Создать себе хозяйственный уют.
Ведь ротозеи там и тут глазеют, ходят и снуют,
Созреют, в наши руки попадут.
Да, грех виновен только в том, что называем мы грехом,
Так нет на нем греха и наплевать.
И чтоб не горевать потом, пора делится опытом
Тому, кто хочет всем повелевать.
И значит надо поле поливать!
(к/ф «Узник замка Иф»)
Сначала я спела, потом испугалась наступившей тишины, но все обошлось. Заказчик расхохотался на весь
довольно большой зал и кинул к нашим ногам небольшой, приятно звякнувший, кошелек. Заметив нашу усталость, Станив решил прервать затянувшееся представление:
— Дорогие наши зрители, вечер был длинным и, надеюсь, приятным для всех. Исполнители готовы на прощание
исполнить последнюю заявку на сегодня, и мы будем прощаться.
Посыпались различные предложения, но меня тронула просьба человека сидевшего за одним из дальних столиков.
Его мрачный и безрадостный взгляд тревожил меня весь вечер. Слишком много в нем было горечи. Довольно
молодой еще человек, лет тридцати пяти, добротно и аккуратно одетый, с крепкой фигурой. Казалось, что именно
сейчас он решает, стоит ли ему жить.
— Меня предала женщина, которую я боготворил. Споете для меня? — попросил он.
Он мне понравился, и чтобы его подбодрить я спела ему любимую песню мужа.
52
Надо мною тишина, небо полное дождя,
Дождь проходит сквозь меня,
Но боли больше нет.
Под холодный шёпот звёзд
Мы сожгли последний мост,
И всё в бездну сорвалось.
Свободным стану я от зла и от добра,
Моя душа была на лезвии ножа.
Я бы мог с тобою быть,
Я бы мог про всё забыть,
Я бы мог тебя любить,
Но это лишь игра.
В шуме ветра за спиной
Я забуду голос твой
И о той любви земной,
Что нас сжигала в прах.
И я сходил с ума,
В моей душе нет больше
Места для тебя.
Я свободен словно птица в небесах,
Я свободен, я забыл, что значит страх.
