Страх за свою жизнь вынуждает юную Викторию О'Райли переодеться в мальчишку-лакея и поселиться в доме человека, пропитанного грехом и похотью. Дэймон Хант – человек, лишенный понятия морали, сам дьявол . Слухи о его похождениях и пристрастиях обсуждаются за всеми закрытыми дверями гостиных Лондона. Но как девушке сохранить свою тайну, если взгляд черных глаз обжигает, пробуждая в ней бурю ранее неизведанных чувств? Способно ли черное сердце распутного герцога на любовь?
(не) полюби дьявола
Глава 1
Наш разум с рождения объят порочными мыслями. Некоторые столь дики, что никогда не найдут прощения. Разум нужно вырвать с корнями. Моих детей не за что винить. Они безупречны… и лишены выбора. Ибо в чем ценность воли, если дух порочен?
Лондон, 1825 год
Дэймон Хант проснулся от мужского крика, разорвавшего тишину его спальни.
О, боже, опять…
Он не среагировал так, как, судя по всему, ожидал внезапный гость, а лишь лениво потянулся и провел рукой по постели, где ещё мгновение назад лежала его любовница.
И только ощутив пустоту, открыл глаза.
В комнате, уперев руки в бока, стоял Норд Пэверли. Седовласый полноватый мужчина, которого весь Лондон знал, как одного из самых трусливых аристократов. Он манерно орал на свою молодую жену, прикрывающую свою наготу платьем, и его длинные усы до ужаса смешно подпрыгивали на морщинистом лице.
Дэймон, усмехнувшись, приподнял бровь и тяжело вздохнул. Сев повыше на постели и оперевшись на подушки, он со скучающим видом наблюдал за этой сценой, отмечая, что его голова ещё безумно болит после огромной дозы виски, выпитой вчера в клубе.
— Я убью тебя! — заорал истерично Пэверли, обратившись к Ханту и пригрозив ему кулаком. — Я вызову тебя на дуэль.
— Я как всегда готов, — протянул лениво Дэймон и улыбнулся. — На рассвете?
— Я сам назначу время, — высокомерно заявил он и повернулся к супруге. — А ты, Мелисса? Как ты могла?!
— О, Норд, это он! — театрально заплакала молодая женщина. — Он заставил меня! Принудил! Я не виновата! Я боялась за свою жизнь!
Пэверли растерялся лишь на несколько секунд.
— О, моя дорогая… — он обнял жену, безудержно рыдающую на его плече, но подглядывающую на Ханта. — Я накажу этого мерзавца!
Дэймон закинул руки за голову и с ухмылкой смотрел за происходящим. Это уже становилось традицией. Каждый четверг, а иногда субботу, он наблюдает за спектаклем семьи Пэверли.
А все считают, что это я извращенец… Ну-ну…
Мелиссу Пэверли, стройную, красивую блондинку, выдал замуж по расчету родной отец, посчитавший, что лучше подложить ее в постель к старику и обеспечить дочери безбедное существование. После того, как отзвенели свадебные колокола, Мелисса быстро нашла себе парочку молодых любовников, но предпочтение отдавала именно Дэймону. И его это не удивляло. Что такой страстной женщине делать рядом с этим стариком?
И каждый раз, когда Пэверли приходил вытаскивать свою жену из постели Ханта, она говорила, что абсолютно невиновна. Все он. Дэймон. Старик каждый раз грозил ему дуэлью, которая, к слову, так ни разу и не состоялась. Да и навряд ли состоится.
Вот и сейчас Хант со скучающим видом наблюдал за разыгравшимся спектаклем.
Мелисса уже надела свое голубое платье и, стоя за спиной своего супруга, хитро улыбалась и посылала воздушные поцелуи.
И Дэймон, глядя на эту сцену, тоже не смог сдержать улыбки.
Может действительно застрелить Пэверли? Довести его до такого состояния, что он не сможет отказаться от дуэли? Не из-за Мелиссы, нет. Из-за того, что этот старый дурак постоянно поднимает меня в такую рань, заставляя выслушивать его пустые разговоры.
Хотя… Если я убью Пэверли, то тогда Мелисса останется вдовой и точно от меня не отстанет.
А жениться Дэймон абсолютно не хотел. И иметь только одну постоянную любовницу — тоже.
Хант задумчиво взглянул на блондинку.
Нет уж. Ее постоянное созерцание в моей постели — это хуже, чем выслушивать нотации старого идиота. Так что, пусть Пэверли живет. Судя по его стрессам, которые он испытывает из-за молодой жены, жить ему и так недолго осталось.
— Ты сгоришь в аду! — закричал Норд и, схватив за руку свою жену, направился к двери.
— Я должен испугаться? — насмешливо уточнил Дэймон. — Могу взять Вас с собой.
Мелисса, стоя уже в дверях, энергично помахала ему на прощание рукой, и Хант, подняв руку, пошевелил пальцами.
Старый Пэверли, конечно же, этого уже не видел. Он вылетел из спальни Ханта, как ошпаренный.
Как только дверь закрылась, Дэймон откинулся на подушки и устало провел рукой по темным волосам.
Нет, на сегодня надо искать себе молодую вдовушку. Или, на крайний случай, я могу заехать к мадам Жевье и выбрать кого-нибудь там. Тем более она говорила, что у нее появилась новенькая девушка.
Повернув голову, он взглянул на свое плечо, которое весьма неприятно саднило. Следы женских ноготков явно прорисовывались на коже.
— Ох, Мелисса, — недовольно пробурчал Хант. Он не любил, когда женщины оставляли на нем следы ночных страстей, хотя сам делал это постоянно.
Кинув беглый взгляд на часы над камином, он отметил, что в этот раз Пэверли заявился слишком рано.
И удобнее устроившись на подушках, Дэймон опять провалился в сон.
В полдень того же дня его опять разбудили.
— Ваша светлость, вы просили вас разбудить к полудню, — известил его высокий худощавый мужчина, вошедший в спальню. С величественной гордой осанкой он прошагал к окну, чтобы раздвинуть тяжелые портьеры. И уже через секунду комнату залил солнечный свет.
— Еще рано, Горвард… — недовольно произнес Хант, накрыв голову подушкой.