Стоило ему прикоснуться губами, как земля из-под ног начала медленно исчезать. Мягкие движения губ медленно поднимались к шее, не оставляя ни одного миллиметра без внимания, а добравшись до мочки уха, он практически застонал от нарастающего желания.
Сара выпустила весь воздух из лёгких, приоткрывая рот, начала дышать учащённо, когда поцелуи стали более настойчивыми, а его руки начали поглаживать животик. Уайт, продолжая завлекать её в желанный момент, расцепил руки поднимая их к замочку на спине. Стоило ему расстегнуть молнию, как платье упало на пол, открывая его взору грудь без лифа. Попутно, он начинает спешно расстегивать свою рубашку от дикого желания почувствовать её прикосновением оголенных тел.
Он разворачивает Сару и поднимает, подхватывая под попу, они сливаются в поцелуе. Ему не хватает воздуха, чтобы насладиться сполна её губами. Вишня практически рычит, отрываясь от губ и жадно хватает воздух ртом, снова отдавая всю нежность и страсть этим движениям.
Разворачиваясь, он несёт её к кровать, аккуратно опуская и нависая над ней, смотрит в глаза цвета неба и медленно умирает в них. Прикасаясь к груди, он сжимает её, а следом припадает губами, из уст О’Нил вырывается выдох. Она прогибается в спине, чуть запрокидывая голову и руками сжимая его плечи. Мокрая дорожка его поцелуев доходит до губ.
— Вишня, я…
— Знаю, малышка, знаю, доверься мне.
Она, без остатка, доверяет ему себя, одновременно наслаждаясь совсем новыми ощущениями близости. Он поднимается, а Сара, под пристальным взглядом его голубых глаз пытается прикрыться, только он улыбается, убирая её руки от груди.
Прикасаясь к резинке кружевных трусиков, он тянет их вниз. Приподнимаясь, она позволяет их снять. Уайт, поднимаясь с кровати, освобождает себя от одежды, когда Сара сгорает от стыда. Возвращаясь к ней, он опять целует её губы, а рукой спускается к разгорячённому месту. Сара вздрагивает от прикосновений пальцев к клитору и, еле слышно, стонет ему в губы.
— Боже, малышка, зачем так сексуально стонать, я сейчас с ума сойду, иди сюда…
Снова поцелуи, ласки, нежность, страсть, желание. Вишня начинает двигать пальцами, размазывая все соки, прикасаясь к комочку нервов, О’Нил запрокидывает голову, отдаваясь моменту разрядки.
— Ах, боже! — все её тело пробивает током, а от каждого движения его пальцев подрагивают ноги, пытаясь свести их вместе.
— А теперь расслабься…
Сара, наоборот, против своей воли напряглась, как только почувствовала член, который упёрся в лоно.
— Ви.
— Поцелуй меня…
Она обхватывает его за шею и, одновременно, он делает вдох проникая в неё. Сара, не прекращая его целовать, зажмуривает глаза. Самаэля пробивает током, когда он проникает с каждой секундой все глубже. Он останавливался, позволяя ей привыкнуть, бережно стирает слезы, что покатились из уголков глаз.
Постепенно начал двигаться, и она менялась на глазах — больше не было больно, за место этого пришло новое ощущение. Движение за движением, они наслаждались моментом и друг другом. Самаэль поначалу был нежен, но, как только чувствовал, что он доставляет ей удовольствие, начал набирать скорость, постепенно в комнате слышались слияние двух тел. Звуки шлепков и поцелуев, прерывающиеся на стоны, сводили с ума обоих — они тонули в этом.
Сладкая истома коснулась их одновременно, Вишня излился ей на животик и гортанно выдохнул, когда О’Нил выкрикнула его имя. Комната наполнилась тяжёлым дыханием и звуками поцелуев.
Всю оставшуюся ночь они провели в объятьях друг друга, даря и по новой наслаждаясь близостью.
========== Эпилог ==========
Утро в Нью-Йорке было необычайно тёплым, Сара, припарковав машину около большого офисного здания, вышла из машины, помогая маленькому человечку вылезти. Ставя на сигнализацию авто, она берет мальчишку за руку и направляется ко входу. Мужчина, что стоял на входе, кивает ей в знак приветствия, Сара отвечает тем же, проходя внутрь здания. Каждый, кто видел её, здоровались, спрашивая как дела. Девушка мягко улыбалась и отвечала всем, направляясь к лифту.
Нажимая кнопку, перед ней открывается металлическая дверь, она с мальчиком заходят, затем копка последнего этажа загорается красным, оповещая лифт подняться вверх. Мальчик, что стоит рядом, смотрит на себя в отражение и в точности, как его отец поправляет мешающие кудряшки на лбу. Это действие вызывает улыбку у матери.
— Сэм, сколько раз я говорила, что нужно отстричь волосы, они же мешают.
— Нет. Тогда я не буду похож на своего папу и не буду привлекать внимание других девчонок, — Сара засмеялась, качая головой.
— Какие девчонки? Кто тебя этому научил? Папа?
— Нет, Аарон, он говорит, что я вылитый папа и в скором времени вокруг меня будут ходить невесты, а я такой важный — буду сидеть за столом и отмахиваться от них.
— Боже! Хилл, я оторву тебе голову, ей-богу! — лифт останавливается на этаже, дверь открывается, сопровождаясь сигналом.