— Носи чулки, Эла! — зло сказала я самой себе.
Доковыляв до двери, я остановилась и припала лбом к ней.
Ключей-то у меня нет.
Но без рюкзака я убежать не смогу. На раздумье была минута. Затем, я сняла свои красивые серьги, выровняла застежки и просунула в замочную скважину. Я провозилась пять минут. Все не так сложно, если иметь сноровку. А она у меня была! За два года бегства я научилась и не таким вещам.
Последний нажим и я в квартире.
Туфли полетели в угол. Я зарычала от боли. На полке лежал пластырь. То, что надо! Я схватила пластырь, свой рюкзак, затем влезла в свои старые балетки. Мозоль пощипывала, но ногам было легче. Я захлопнула дверь и выбежала прочь.
В Нью-Йорке оставаться опасно. Ехать в аэропорт теперь может оказаться проблемой. Меня ищут везде. Меня нашли! Ох, Ден, я буду вымаливать прощение на коленях, лишь бы в живых остаться.
Как я очутилась на трассе — не знаю. В магазинчике, когда покупала воду и печенье, я посмотрела на часы. Было больше трех ночи. А я одна шла вдоль обочины в коротком платье и с кучей бабла на карточке. Решила уехать из города автостопом. Я должна рискнуть.
Первую машину с весельчаками я отправила далеко и прямо. Они точно захотят позабавиться с симпатичной девушкой. Я еще из ума не выжила. В итоге, я стала высматривать фуры. Почему-то я решила, что эти водители выполняют работу и им не до веселья. Да, я наивная. Но что мне остается? Только внушить, что в Америке не все озабоченные.
Ночь была безлунная, покрапывал дождик. Я забыла кепку. Мои ноги болели. Я шла уже двадцать минут, пропуская все легковые машины. Иногда, из окон иномарок с гремящей музыкой мужчины свистели мне вслед. Но я шла словно привидение, игнорируя возгласы: «Эй, куколка, садись к папочке!» А фуры пролетали мимо.
Трасса освещалась на отдельных участках. До сих пор вокруг меня простирались поля, но впереди начинались леса. Вот, когда я действительно могла написать в штаны.
Внезапно, меня окутал свет фар, я услышала приближение тяжелой машины. Повернув голову, я увидела, как в мою сторону надвигается большая фура. И я, как во всех этих американских фильмах, бросилась на дорогу, взмыла руки вверх и стала махать, требуя остановиться. Огромная фура летела прямо на мое беззащитное тельце, но я не сдавалась. Я кричала и махала. Я не дам ему уехать. Пусть лучше фура переедет меня, чем какой-нибудь маньяк разрежет мое тело на куски или изнасилуют весельчаки, накурившись марихуаны.
Машина сигналила долгим гудком.
Я застыла…
***
Маленький домик, который являлся декорацией к фильму «Остров», одиноко стоял на берегу моря. В нем словно отсутствовала жизнь — пустой и безмолвный. Я не стала подходить к нему близко. Тем более местность безлюдная.
Присев на чем-то заросший камень, я начала бросать мелкие камушки, наблюдая за тем, как они погружаются в воду, а круги расходятся постепенно угасающими волнами. Утки резвились в холодной воде. В это время уже смеркалось, вода шла на прибыль, а ветер дул от берега.
Я укуталась в куртку, надела кепку и поднялась на ноги. Руки были в пыли, я отряхнула их, затем, бросив последний взгляд на темную воду, пошла вверх по тропинке. Скоро стемнеет, а я еще не нашла жилье.
По дороге за мной увязалась пушистая собака. Видно, что домашняя, так как шерстка у нее ухоженная, блестящая и на шее кожаный ошейник. Он (или она) обнюхал меня. Я, наверное, до сих пор пахла Тявкой. С тех пор, как я уехала из Рыбинска, в душ попасть мне не посчастливилось. А сейчас я мечтала о кровати.
Доехав на автобусе до места, где в объявлении было указано «Сдам комнату студентам» и «Сдается комната. Девушке. Без детей», я очень надеялась, что сразу найду жилье.
Первый домик мне понравился. Я осмотрелась вокруг. Окна выходили прямо на море. Но, к сожалению, мне сказали, что вчера комнату сдали.
И я побрела в другой дом. Хорошо, что он находился недалеко от первого. Однако, снаружи дом не казался дружелюбным. Забора не было. Во дворе стояла омерзительная вонь. Земля вся перерыта собаками, как мне казалось. Я приблизила газету к лицу, чтобы разглядеть правильный ли это адрес.
СДАЁТСЯ КОМНАТА. ДЕВУШКЕ. БЕЗ ДЕТЕЙ. Адрес. Телефон.
В голове вдруг зазвенели голоса женщин на остановке. Но ведь это бред. Я не могу напороться на маньяка-убийцу. Здесь, наверное, проживает немощная старушка. Вот и все объяснение тому, зачем ей нужна именно девушка.
Я решилась и хотела постучать, но дверь раскрылась раньше. Передо мной стоял… старик?
И он совсем не выглядел немощным.
— Комната нужна? Входи.
Не дав мне рта открыть, он ввел меня в дом. В нос ударил отвратительный запах вонючих носков. На меня накатил приступ тошноты. Приложила ладонь к лицу, она пахла землей и морскими водорослями. Мне же этот запах показался лавандой, по сравнению с тем, чем пахло в доме.
Мужчина провел меня по скрипучему полу в дальнюю комнату и открыл дверь. Слава Богу, она была чистая.
— Шестьсот рублей в сутки, — сказал мужчина. — Держи ее в чистоте. Баня за домом. Кухня общая. Мне тоже готовить будешь.
