Не просто плотник полностью

Вы можете возразить: «Послушай, Джош, пока я не вижу никаких доказательств. Иисус называл Бога Своим Отцом. Ну и что? Все христиане называют Бога своим Отцом, но это не значит, что они претендуют на титул Бога». Но иудеи времен Иисуса понимали значение Его слов, которое мы упускаем из вида. Когда мы изучаем какой-то документ, мы должны принимать во внимание язык, культуру и особенно человека или людей, которым документ адресован. В данном случае речь идет об иудейской культуре, а люди, к которым адресованы эти слова, – иудейские религиозные вожди. И в словах Иисуса действительно было что-то такое, что вызывало возмущение. «И еще более искали убить Его Иудеи за то, что Он не только нарушал субботу, но и Отцом Своим называл Бога, делая Себя равным Богу» (Ин. 5:18). Что в Его словах вызвало такую бурную реакцию? Давайте посмотрим на этот отрывок и подумаем, как иудеи поняли реплику Иисуса 2000 лет назад, в условиях их культуры.

Все дело было в том, что Иисус сказал «Отец Мой», а не «Отец наш». По правилам их языка фраза Иисуса означала, что Он претендует на равенство с Богом. Иудеи не называли Бога «Отец мой». А если и называли, то обязательно добавляли «Небесный». Но Иисус не добавил этого. Он сделал заявление, которое могло быть понято иудеями совершенно недвусмысленно, назвав Бога «Отец Мой».

Еще хуже в их глазах было то, что словами: «Отец Мой доныне делает, и Я делаю», – Иисус поставил Свою деятельность в один ряд с деятельностью Бога. Это подтверждало, что Он претендует на титул Сына Божьего. В результате ненависть иудейских лидеров к Иисусу усилилась. Если раньше они просто преследовали Его, то теперь пытались Его убить.

Иисус не только претендовал на равенство с Богом как со Своим Отцом, Он утверждал также, что един с Отцом. Во время праздника освящения в Иерусалиме некоторые иудейские вожди подошли к Иисусу и спросили Его, не Он ли Христос. Иисус обратился к ним с речью, которую завершил словами: «Я и Отец – одно» (Ин. 10:30). «Тут опять Иудеи схватили каменья, чтобы побить Его. Иисус отвечал им: много добрых дел показал Я вам от Отца Моего; за которое из них хотите побить Меня камнями?» (Ин. 10:31–32).

А что думаете вы? Иудеи хотели побить Иисуса камнями за богохульство. Чувствовали ли они себя виноватыми в том, что не поверили Ему? Или они просто завидовали Его популярности?

Вы можете удивиться, почему иудеи так бурно отреагировали на заявление Иисуса о Его единстве с Отцом. Строение этой фразы на греческом дает ответ на этот вопрос. А. Т. Робертсон, лучший знаток греческого своего времени, пишет, что по-гречески одно – среднего рода, таким образом, речь здесь идет не о единстве личности или цели, но о единстве «сущности или природы». Робертсон добавляет также: «Это категоричное заявление – кульминация притязаний Христа на особые отношения между Отцом и Им Самим [Сыном]. Оно вызвало у фарисеев неуправляемый гнев».[2]

Очевидно, что в этой фразе иудеи ясно услышали заявление Иисуса о Его Божественности. Леон Моррис, бывший директор колледжа Ридли, Мельбурн, пишет:

Иудеи намеревались побить Иисуса камнями за «богохульство», и это значит, что они вполне определенно поняли Его заявление о том, что Он – Бог. Но, спросим мы, почему они не остановились и не задумались, может ли Его заявление быть правдой?