– Кофе, – приветливо объявил он и, кивнув на мобильник, лежавший там же, на подносе, добавил: – А ваш друг сообразителен.
Пока Алекс в ужасе таращилась на свою машину, Натан сделал несколько фотографий надписи.
– Извините за ожидание, – продолжил хозяин кабинета. – Я отправил группу полицейских к больнице, надеясь получить видеозаписи камер слежения из вашего клуба. Они должны вскоре вернуться.
Алекс облегченно вздохнула. Очень скоро она узнает, кто же издевался над ней. Так же, как и все остальные.
– Он ваш кавалер? – спросил Грег Тёрнер.
– Нет, – она покачала головой. – Коллега. Друг.
– Это с ним вы ходили на эту вечеринку?
– Нет. Я ходила туда с моим кавалером и с подругой, Фионой Вудс. Натан пришел на вечеринку сам по себе, но он последовал за мной, когда я… В общем, слегка перебрав, я почувствовала себя неловко, и когда выбежала из клуба, Натан последовал за мной. Мы с ним вместе оказались около моей машины.
– Надеюсь, вы не собирались садиться за руль? – с оттенком неодобрения спросил Грег.
– Мне просто хотелось немного побыть в одиночестве, – ответила Алекс, в очередной раз покачав головой. – Но сесть за руль я не смогла бы в любом случае – мои ключи остались в сумочке, забытой на вечеринке.
– Как и ваш кавалер?
– Да, он, вероятно, еще веселится. Скорее всего, даже не заметил, что я ушла. – Услышав в собственном голосе жалобно-обиженный оттенок, Алекс быстро сменила тему: – Как дела у родителей Эми Эббот?
– Опустошены, – Тёрнер слегка пожал плечами, – не могут смириться со случившимся.
– А ее приятель? Вам удалось найти его?
Полицейский опустил глаза на свой рабочий стол и нервно потер пальцем переносицу.
– Нам ничего не известно о наличии у нее приятеля; мы знаем лишь, что она была беременна.
– И вам совсем ничего не удалось выяснить? – упорствовала Алекс.
– Доктор Тейлор, мне ведь не положено обсуждать с вами это дело.
– И не положено во время разговора смотреть на меня?
Грег мгновенно поднял голову, и Алекс осознала, что он более чем способен выдерживать взгляд собеседника. Она почувствовала себя глупо. Ведь инспектор оттачивал свое мастерство на преступниках, которые, несомненно, как раз пытались избежать его взгляда…
– Неужели ее родители верят, что она сделала это сама? – спросила Алекс. – Неужели думают, что их дочь умерла из-за того, что сделала с собой?
Тёрнер промолчал, но она знала ответ на свой вопрос.
– Разумеется, они так не думают, – тихо, но уверенно заключила Алекс. – Никакая молодая женщина не решится на такой немыслимый и ужасный поступок. И к тому же где она пропадала все это время?
– Нам пока неизвестно, – губы инспектора сложились в подобие вежливой улыбки, – следствие еще ведется. У нее было много знакомых. Вы же знаете, что ее нашли на территории больницы. А в последний раз, по нашим сведениям, ее видели…
– На Кингсмид-сквер, – вяло закончила Алекс, – знаю. Читала в газете.
– Поймите, доктор Тейлор, полиция в данном случае не занимается расследованием убийства. В худшем случае – самоубийства, но более вероятна трагическая случайность. Вам действительно не стоит думать, что это как-то связано с вашим делом. Если, разумеется, вы не узнали что-то новое для нас.
Голова Алекс раскалывалась после чрезмерного количества спиртного и громобойной музыки, игравшей в клубе.
– Вас не было, когда она умирала. Она сказала мне кое-что. И я поняла, о чем она говорила. Это читалось в ее глазах… Она…
Их разговор прервал стук в дверь, и Алекс с удивлением увидела, что в кабинет зашла Лора Бест. Доктор Тейлор не помнила, чтобы эта женщина раньше улыбалась ей так дружелюбно. Может, тот факт, что сейчас посетительница полицейского участка была нормально одета, а не лежала нагишом на смотровом столе, побудил эту молодую особу отнестись к ней как к личности, а не просто как к опрашиваемой жертве преступления. Или она изобразила дружелюбие ради Грега Тёрнера?
– Чем могу помочь? – спросил тот.
– Видеоматериалы, – сказала Бест, поднимая черную видеокассету.
– Господи, вот это скорость… Вы что, слетали туда?
– Я оказалась поблизости, – Лора улыбнулась, – и мне запросто их выдали, поскольку доктор Тейлор уже достаточно обращалась к нам по разным поводам. Я уверена, что ей не терпится увидеть своего преступника.
Акцент на слове «преступник» прозвучал еле заметно, но чуткий слух Алекс распознал легкую издевку.
Инспектор Тёрнер кивнул своей подчиненной, жестом предложив вставить кассету в видеоаппаратуру. Пренебрежительное пожатие плеч и взгляд, брошенный на босса, дали понять, что Лора Бест уже просмотрела запись и не увидела там ничего существенного. Сердце Алекс упало, и она села поудобнее, чтобы лучше видеть экран, на котором разворачивались действия, происходившие около ее машины.
Объемистая черная куртка с капюшоном полностью скрывала голову и лицо этого вандала, мешковатые брюки и грубые перчатки не позволяли оценить ни размеры его конечностей, ни цвет кожи. Установить личность «художника» было совершенно невозможно.
– По-моему, это шутка, – сказала Бест.
– Простите? – Алекс изумленно распахнула глаза.
