Избалованная «светская львица» Энжелин привыкла любить только свою беззаботную жизнь и делить людей по статусу. У неё есть все материальные блага, звучная фамилия, а также верная подруга и даже жених, которого она, в принципе, тоже любит…И как быть? Если в один момент твою жизнь меняет всего лишь один человек! Враг семьи и, возможно, убийца, чьё имя назвал ей отец перед смертью и в чьих руках она оказалась пленницей.Увы, от любви до ненависти, как говорится, один шаг! Впрочем, как и наоборот от ненависти до любви…«— Как жить? Я не умею жить по — другому!— Всё можно поменять и научиться, Энжелин! — говорил он искренне.— Ненавижу тебя! — проговорила она, но совсем без презрения в голосе. — Всё разрушил… Всё, во что я верила!Он протянул руку к ней и провёл легонько по волосам.— Главное, Энжелин, теперь понять во что верить дальше?Она смотрела на него и признавалась самой себе, что доверяет этому человеку.Все её представления о добре и зле летели сейчас к чёртовой матери!»
Прошло уже две недели с того дня, как я осталась совсем одна в этом мире, а слова отца, сказанные когда — то, так и стоят в голове, как — будто он говорит мне их снова и снова.
«— Энжелин, у меня много врагов, готовых меня топтать и строить козни, которых тебе стоит опасаться… Но одного тебе нужно бояться больше всех, он пойдёт по любым головам, чтоб достать и уничтожить меня! Уничтожить всю нашу семью. Дэлрой Джонс. Запомни это имя! Если вдруг меня не станет…»
Я не могу похвастаться тёплыми отношениями со своим отцом. Он редко со мной разговаривал на серьёзные темы. Да что там редко! Никогда! И эти предостережения он бросил, как бы проходя мимо, чмокнув меня в макушку за завтраком. Наверное, именно поэтому я их так запомнила. К чему он мне всё это сказал? Мне вообще не было дела до его врагов — это его проблемы!
Я, Энжелин Аморти, меня знает весь город — как его дочь, дочь мэра этого города. Я «светская леди», и у меня нет времени вникать в папенькины дела. Главное, чтобы мои банковские карточки обновлялись регулярно и я могла ни в чём себе не отказывать. Он сам меня так воспитал… так пусть сам и заботится о том, чтобы мне не кого было опасаться.
Когда его не станет…
Я тогда и подумать не могла, что не станет его совсем скоро. Что его убьют! Безжалостно и жестоко! Его и моего брата… В принципе, это и есть вся моя семья, которую, как сказал мой отец, Гарольд Аморти, хочет кто — то уничтожить… Маму я совсем не помню, в нашем доме никто и никогда о ней не говорил. У нас нет семейного альбома, семейных праздников и традиций, информация о ней стёрта из моей жизни. Даже в моих детских документах в графе «мать» прочерк… «Мама умерла давно» — так всё время отвечал на мои вопросы папенька. И мне всегда хотелось ухмыльнуться ему в ответ: «Ещё до моего рождения…»
Мне повезло остаться в живых. Ведь в ту ночь, когда кто — то уничтожил мою беззаботную жизнь, убив отца и брата, я была на вечеринке в клубе со своей верной подругой Линдой и её братом Сэмом. Кроме них у меня никого теперь нет. И чувство благодарности меня снова потихоньку накрывает, за то, что их семья меня приютила, пока… а может и не пока, ведь они так рассчитывают на нас с Сэмом. Что мы всё — таки поженимся.
Сегодня Линда снова потащила меня в клуб, а у меня всё никак не выходят из мыслей все обстоятельства, которые произошли в моей жизни. Даже сейчас, когда я просто мою руки, стоя в «дамской комнате», возникает куча вопросов ко всему миру…
За что? За что убили мою семью? Что сделал мой отец, вполне порядочный человек, чтоб его так убили? А мой брат Майк? В чём он виноват? Ведь он простой бизнесмен совсем маленького дела — торговля рыбой.
И сколько осталось мне? Когда убьют меня? И кто?
«Ну, уж нет! Я буду биться до последнего… До последней капли крови… Дэлрой Джонс».
— Скучаешь, Крошка? — услышала Энжелин за своей спиной мужской хриплый голос.
Даже не успев посмотреть на обладателя этого страшного голоса, она ощутила жесткое прикосновение ткани к своему носу. Она попыталась вывернуться, но его руки крепко сжали её торс в кольцо. Энжелин изо всех сил начала брыкаться, отталкиваясь ногами от пола, но стальные руки оказались сильнее. И через мгновение чёрная пелена начала застилать её разум, уводя в бесконечную пропасть. Сознание покинуло её…
А в голове лишь звенело… Дэлрой Джонс…
Кира вновь оглядела гостиную и мужчин, которые в ней собрались. Ей было очень забавно наблюдать за этими охранниками — «амбалами», как они выстроились в шеренгу, словно на конкурсе красоты. Хотя красавцами их вряд ли назовёшь.
В этом доме она работает поваром уже вторую пятилетку, но такую картину видит впервые. И вообще в последнее время здесь творилось что — то непонятное. Не считая появления охранного пункта у ворот и этих здоровяков повсюду, шла какая — то суета и приготовление к чему — то. Каждый работник от садовника до служанки, по наставлению хозяина, активно вёл свою деятельность.
В доме часто появлялись незнакомцы, выполняющие какие — нибудь работы, взять к примеру видеонаблюдение, которое установили только позавчера везде, даже на конезаводе. Где также все были всполошены и недоумевали над происходящим.
Досталось и Кире, она должна была проследить за наведением порядка у себя на кухне, затарить склад на полгода вперёд и подготовить гостевую комнату… К чему это всё? Кто должен был приехать к ним? И связано ли это с истошным женским криком, раздававшимся среди ночи по всему дому? Наверное, об этом знали именно те люди, которые в ожидании чего — то выстроились в ряд. Не смотря на абсурдность картины, лица их были очень серьёзными. А один среди них словно с войны вернулся, весь в ссадинах и с пластырем на переносице.