Прямо по жизни иду, не обочиной,
Что наберу, то и съем.
И, прогибаясь себе в удовольствие,
Лезу за каждым грибом.
Осень меня приняла на довольствие,
Дав заработать горбом.
Пока не вытолкнут за круг
Борцовского ковра,
Любой приём – с захвата рук,
Любой бросок – с бедра.
Так начинается борьба,
Естественный отбор.
Победа Божьего раба
Над госпожой Игнор.
Когда втроем за честь мундира
Тебя зовут поговорить,
Когда дуэлям на рапирах
Предпочитают морды бить -
Кого исправила могила
Или тюрьма остановила?
Хорош горбатого лепить!
Терпимей надо быть, терпила.
Эй, гопота, терпимей быть!
Такая луна,
Что нельзя не влюбиться
В такую луну.
Влюбиться, напиться
И спать завалиться
В постель с ней одну.
И пусть себе звёзды
Чего-то гадают,
Чего-то там видят,
Чего-то там знают,
Как бабы, точь-в-точь.
Мы с ней занавесимся
Шторой дырявой
И будем ворочаться
Слева направо
Всю ночь.
Опять звонят по телефону
Мои рекламные друзья -
К очередному лохотрону
Как подключиться должен я.
Абракадабра для поэта,
Я знаю всё – и, стало быть,
Чтобы запомнить как-то это,
Я должен что-нибудь забыть.
След луны на половице
Рваной шторой не закрыть,
Сильный пробует напиться,
Слабый пробует не пить.
Отвернусь к стене и плачу
Обо всём, закрыв глаза.
Был бы сильным – жил иначе,
Так иначе, как нельзя.
Исторический паркет
Посреди Арбата.
Каждый метр – как километр,
По цене квадрата.
Историческая даль,
Та же глушь – и та же
Бесконечная печаль
Русского пейзажа.
По простоте или со зла,
С какого перепуга,
Чего ты только ни плела
Своим друзьям, подруга,
Про нас с тобой и про меня,
Такого вот сякого.
Вольно же было обвинять
Меня, да и не ново.
Твой бывший муж
Объелся груш
И умер виноватым.
Я сомневаюсь:
Так ли уж,
Таким ли уж горбатым?
В пролёт чего-то там
Между балясин
Мелькнула тень -
И некого спасать…
Остановись, мгновенье,
Я прекрасен! -
Едва успел сказать.
Успел сказать.
Сотни пройденных миль
На предмет многожёнства.
Всюду смешанный стиль
Нищеты и пижонства.
По себе и сужу,
Ибо сам не монах,
И до снега хожу
В белоснежных штанах.
Если в женских глазах восхищенье
При домашнем каком освещеньи,
Поневоле приходится стать
Лучше всех, а плохим – перестать.
Но ты знаешь себя как никто,
И тогда надеваешь пальто -
И идёшь побродить, погрустить,
Никому ничего не простить.
Откуда к нам такие сливы -
С кулак жены величиной,
Мясисто-глянцевые дивы
Средь нашей флоры земляной?
Средь редьки, лука и моркови,
Среди картофельных мешков…
С каких вершин, с каких предгорий
Завёз в Москву их мэр Лужков?
Должно быть, где они цвели,
Над ними ангелы кружили,
Тычинки мощные трясли
И пестики им теребили
В том райском уголке земли.
Когда б мой, скажем, зад
Мелькал на всех каналах,
А не искал проблем
В котельных и подвалах,
В разборках у воды,
В кустах осенних сада
С тем, с кем не только пить,
Но и не пить не надо.
На родине моей
На малой, где бываю,
Бывает, что не пью,
Бывает – выпиваю.
Былых учителей
Бывалые повадки:
– Ну, как твои дела?
Да видим как – в порядке…
…Всё врут календари.
Не захожу в колбасный
С картошкой на пюре.
Мой черный день – он красный
В любом календаре.
И только православный,
С иконой в разворот,
Где Пасха – праздник главный,
Божится, что не врёт.
Кому-то борода и седина -
И ноября гнилая середина.
Кривым ребром куражится жена,
Хитра как бес, цела и невредима.
Тот самый бес в то самое ребро -
И вот уже ни удержу, ни сладу
Нет со старухой. Громыхнёт ведро -
И хлопнет дверь, впуская в дом прохладу.
Довольствуясь малым во многом,
Согласен с прижимистым Богом -
Знать меру в подобных вещах.
Но если бы с хлебом насущным,
Не прямо сейчас, а в грядущем,
Желательно с мясом, погуще -
Хотя бы тарелку борща!
Исписав не одну тетрадь,
Не одну и ещё одну,
То, что муза моя – не б**дь,
Утверждаю на всю страну.
Может, было чего порой
И водилось за ней когда,
Но сегодня лишь мой герой
Знает, где у неё звезда.
Из Подмосковья мусора
Дежурят сутки через трое,
И электричками с утра
С работы едут, как герои.
И пробавляются пивком,
Сменив погоны на «гражданку»,
И Некто дружеским кивком
Благословляет эту пьянку.
Я был свидетель: трое пьют,
Четвертый с пятым лезет драться.
И все по ксиве достают
И начинают улыбаться.
И я подумал: "Кто я тут?" -
Без ксивы, денег, без билета.
Случись чего со мною где-то,
Меня, как мусор, заметут.
Они доедут
И дойдут.
Их подвезут до поворота.
Быть в форме – это ли не труд,
Чем сутки-трое не работа?
