Когда, наконец, доктор Каллен вышел из операционной, я вскочила на ноги и подбежала к нему:
- Как он?
- Всё будет в порядке, худшее позади. Мы сделали операцию на внутренних органах. Она прошла успешно. Когда он отойдёт от наркоза, мы переведём его в обычную палату, если всё будет в порядке, и вы сможете его навестить.
Мы решили, что Джас с Элис поедут домой, чтобы мы не сидели всей толпой в больнице. Чарли с Белз решили остаться. Эдвард сказал, что хочет поддержать Беллу, а я категорически отказалась уезжать, пока не узнаю, что с любимым всё в порядке, и ему ничего больше не угрожает.
Так что мы вчетвером просидели в больнице до вечера, пока Эма не перевели в обычную палату. Когда от него вышел доктор, он сказал, что парень звал меня, будучи под наркозом. Чарли сказал мне, чтобы я шла к нему.
Войдя в палату, я медленно подошла к постели любимого. Он был весь перебинтован с головы до ног. Я осторожно опустилась к нему на кровать и погладила парня по щеке:
- Любимый, как ты?
- Жить буду, - усмехнулся Эммет, поймав мою руку и прижав её к губам. – Ты что, плакала? - вмиг посерьёзнев, уставился он на моё лицо.
- Я так испугалась за тебя, - я прижалась к его губам.
- Роуз, ты не должна плакать из-за меня, я не достоин этого, - парень поморщился, словно от невыносимой боли.
- Нет, Эм, не говори так, - я сжала ладонь любимого. – Ты – самый лучший, самый достойный, самый чудесный. Я люблю тебя, я так тебя люблю…
- Роуз, не надо, не говори так, - он с трудом разжал мои пальцы, освободив свою ладонь. – Ты не должна любить меня, мне не нужна эта любовь.
Я помню, как сердце больно сжалось от услышанного. Помню, как умоляла любимого не прогонять меня, хотя бы попытаться быть рядом. Но Эммет стоял на своём: он говорил, чтобы я уходила, что он не любит меня и никогда не полюбит. Он убеждал меня, что я должна быть с человеком, который действительно заслужит моё сердце, мою душу, мою любовь. Я плакала, просила, целовала его, но всё было бесполезно.
Когда я вышла в коридор, все промолчали, увидев моё состояние. Джаспер с Элис уже вернулись в больницу. Я молча пошла к выходу, не в силах что-то вымолвить.
Прошло уже полгода, Эммет пролежал в больнице почти месяц, но мы с ним больше не общались.
Эммет.
Прошло полгода после того, как мы перестали общаться с Розали. Первое время я был уверен, что сделал правильный выбор, оттолкнув девушку. Я считал, что моя свобода является самым важным для меня, самым значимым. Оправившись от полученных травм, я с новыми силами взялся за прошлое: ходил по клубам в поисках «девушек на одну ночь», постоянно напивался и устраивал дома «показательные выступления». Чарли пытался образумить меня, объяснить, что Роуз любит меня, что я должен ценить её чувства. Но я неизменно отвечал, что он сам не боролся за свою семью, а теперь «учит меня тому, как жить».
Постепенно я понял, что больше не хочу жить так, как раньше. Я всё чаще думал о девушке, которую сам прогнал от себя, словно надоевшую игрушку. Когда мы с ней разговаривали последний раз в больнице, я убеждал её, что она должна найти себе кого-то, кто полюбит её и сделает Роуз счастливой. Но каждый день я видел, как девушка приходила в столовую одна, садилась за столик, отгородившись от остальных непроходимой стеной, и в глазах её была такая тоска, такая боль, что мне становилось ещё больней, чем ей. Иногда я ловил на себе испытующий взгляд фиалковых глаз: Розали, казалось, проверяла, не изменил ли я своего решения. Я каждый раз отводил глаза, не в силах вынести её боли. Я знал, что девушка верит в предсказание гадалки, так как её подруги уже давно встречались с Джаспером и Эдвардом. Но я не мог дать ей того, чего она так ждала. Я не готов был броситься с головой в этот омут, не решался отказаться от своего мужского эго, требующего дать ему волю делать то, что оно хочет. Так я мучился, не зная, что мне делать, переживая за Роуз, жалея себя. Белла видела, как я страдаю, но не доставала меня расспросами и советами.
В один прекрасный день, вернувшись домой из школы, я увидел, что Чарли куда-то уезжает. Он сидел в гостиной, рядом стоял собранный чемодан.
- Ты куда-то уезжаешь? - удивился я.
- Ну, ты же мне сам говорил, что я не боролся за свою любовь, - улыбнулся мужчина. – Вот я и решил поехать в Джэксонвилл за твоей мамой. Пусть скажет мне, что её чувства к бейсболисту глубже и сильней, чем ко мне и нашей семье. Надеюсь, она одумается и вернётся домой.
Я был в шоке от услышанного: Чарли, который всегда был очень спокойным и замкнутым, решился на такое. Я поставил себя на его место и понял, что не смог бы простить любимой женщине измену и поехать за ней, чтобы забрать у любовника.
- Ты уверен, что нужно это делать? – я не верил, что Чарли действительно сделает это.
- Я не знаю, что нужно делать, но понимаю, что не смогу разлюбить Рене… - он вдруг улыбнулся. – Может, и ты, наконец, поймёшь, чего хочешь от этой жизни.
- Меня и так всё устраивает в ней.
