— Мы… мы заблудились. Сеть не ловит, ничего не видно. Думали, что всё, будем Новый год встречать в машине. А тут ваш огонёк.
— Тётя Кира! Я же говорила! Это всё Дед Мороз! — Кристина радостно подпрыгивала и смотрела на меня глазами, блестящими от радости.
Когда мы подъехали к дому, в окнах уже горел свет. На пороге нас ждала целая делегация. Радость, веселье, запах мандаринов. И тепло. Душевное. Наверное, это лучший Новый год. И да, Дед Мороз существует.
Мама с папой вместе с Лизой, Пашей и детьми засобирались домой уже второго числа. Метель немного стихла, Новый год прошёл. Сейчас самое время развлекаться в городе, а не куковать в деревне.
— Может, останетесь? — крепко обнимала Лизу и тяжело вздыхала.
— Кир, нам пора… Я месяц не была дома. Хочется в родные стены, ты должна понимать это, — Лиза крепко целовала меня в щёки. — Ты себя береги, хорошо?
— Хорошо, — снова вздохнула.
— И спасибо вам за ребят. Руслан у тебя настоящий волшебник! Паша теперь будет больше времени проводить дома, так что я отправлю его к вам на мастер-класс. Ага? — сестра ехидно улыбнулась и посмотрела на своего мужа, который новогоднюю ёлку напоминал: на нём висели дети, сумки, пакеты. — Ему будет полезно, а то он уже хватку потерял.
— Да ладно тебе, наговариваешь ты на Пашку…
Все расселись по машинам. Снег падал крупными белыми хлопьями. Папа с мамой уже махали нам рукой, Паша и вовсе уже малышню рассаживал. Лиза скрылась от снега в автомобиле последней.
Случилось настоящее чудо, что моя сестра приехала почти на неделю раньше. Дозвониться до нас они уже не сумели и долго блуждали по деревне, потому что названия улиц в такой кутерьме было не разглядеть.
— Вот и всё, — Руслан довольно фыркнул мне на ухо, — остались одни. Наконец-то!
— Неужели ты так устал от моей родни?
— Я немного устал от готовки. И устал нервничать, потому что ты плохо спишь в последнее время, — Руслан положил руки на мой живот. — Ворочаешься, кряхтишь, стонешь, как старая бабка.
— Просто я съела много винегрета, да и курица отказалась приживаться. В животе настоящая революция!
— Ты что, отравилась?
— Успокойся, никто не травился. Просто… дискомфорт. А таблетки мне нельзя. Ночью так скрутило, что я до блеска живот нагладила, — вздохнула и повернулась к дому: фары скрылись вдалеке в круговерти пушистых снежинок. — Можно подумать, что он мне удачу принесёт.
— Кто? Живот? — Руслан тихо рассмеялся. — Пока приносил. Вроде бы. Сама видишь, как всё хорошо.
— Угу…
В животе вновь стало всё крутить и тянуть. Ещё и кушать захотелось. Странный парадокс. Ковыляя так, будто между ног стадо лошадей пропустили, я шла к дому, держась за руку Руслана. Внутри нас ждал относительный порядок. Лиза и мама прибрались как могли, посуду намыли. Но лёгкий налёт бардака остался.
Руслан помог мне раздеться, затем и вовсе уложил меня на диван, накрыв сверху пледом. Едва меня окутало теплом, как я тут же почувствовала странную сонливость.
Наблюдая за тем, как Руслан собирает разбросанные вещи, ставит мелкие безделушки на свои места, двигает мебель, я протяжно зевнула. Вроде бы спала уже днём пару часиков, а не могу. Глаза закрываются. Подложив маленькую подушку себе под голову, устроилась удобнее и задремала…
Мир единорогов и радужных пони встретил меня сахарной травой и конфетными цветами. Сначала я подумала, что сошла с ума. Ущипнула себя за руку: боли не было. Значит, сон. Ничего себе! Я и подумать не могла, что у тушёной курицы с грибами может быть такой побочный эффект. Что кушала та хохлатая? На грибы я не грешила — шампиньоны галлюциногенным даром не обладали.
Пощупав свой живот, с удивлением обнаружила, что больше не пузатая. Это немного напрягло.
Небеса сверху разверзлись и среди сиреневых облаков, будто нарисованных восковым мелком, появилось мужское лицо. Белосов!
— Я уволю тебя! Отберу газету! Ха-ха-ха! — громогласно захохотав, мужчина подвинулся, уступив место женщине.
— Кира Сергеевна? Поздравляем! Вы беременны! Вот ваш ребёнок!
Две громадные руки протягивали мне не менее гигантского младенца. Тряся головой, ничего не понимала. Ребёнок напоминал резинового пупса, кричащего «Мама!». Испугавшись, припустила наутёк.
— Куда же вы, Кира Сергеевна! Это ваш ребёнок! Берите!
— Нет! Я его не рожала! — выкрикнув в ответ, поспешила скрыться за каким-то розовым деревом.
— Вы же так боялись рожать! Мы сделали для вас исключение! Вот ваш ребёнок, без родов… Вы с мужем хотели второго?
Первый пупс неуверенно встал на ноги и побрёл за мной, хныча и зовя меня. А добрая женщина уже второго младенца радостно подсовывала. Белосов, отрастив витые рога, как у козла, злобно посмеивался:
— Вот на что ты променяла свою работу! Свой «Мешочек»!
Тут депутат стал мне протягивать и третьего младенца:
— Держи! Сразу многодетной матерью-героиней станешь!