Когда Раймон начинал разговаривать таким тоном, у его слуг и вассалов буквально крылья вырастали за спиной, с такой скоростью они начинали метаться, выполняя приказы. Вот и сейчас не успело минуть время одного вздоха, а в руках его светлости оказался лист бумаги, свернутый и запечатанный восковой печатью без всякого рисунка.
И правда было похоже на послание какого-то сумасшедшего. Вот только текст на обороте… Сердце сделало кульбит и больно ударилось о ребра, дыхание перехватило.
Нет, почерк знакомым не был. А вот слова…
«Его светлости герцогу Браганта от того, кто умеет готовить борщ. Вы все еще должны мне восемь золотых, мой господин. Не хотите встретиться и обсудить этот вопрос?»
Дверь в кабинет захлопнулась с оглушительным грохотом, отрезав Раймона от всего остального мира. Руки тряслись, когда он вскрыл послание. Пришлось несколько секунд даже подышать, успокаиваясь, иначе строчки прыгали и расплывались перед глазами.
Через пятнадцать минут, ровно в тот момент, когда вспыхнул талисман связи, Раймон метался по комнате, как зверь в клетке, обеими руками вцепившись в письмо и неразборчиво ругаясь.
— Я вижу, друг мой, ты в настроении, — послушав его несколько секунд, отметил Джейнс, глядя на это безобразие сквозь открывшееся прямо в воздухе «окно».
— Джей! Ты-то мне и нужен! У тебя холодная голова! — Раймон быстро сел в свое кресло и аккуратно разгладил слегка помятое письмо у себя на коленях. — У меня есть новости.
— Я вижу. — Герцог Ривердан невозмутимо кивнул. — Судя по всему, первый приступ буйства я уже пропустил, так что ты способен разговаривать по-человечески. От кого письмо? От Юйриль?
— Как ты догадался?
— А это было трудно? Райн, выдохни и скажи нормально, что происходит.
— Читай! — Вместо того чтобы пускаться в долгие объяснения, его светлость герцог Браганта поднял и развернул лист бумаги так, чтобы его было хорошо видно в окне связи.
Пару минут было тихо, Джейнс послушно читал. Потом отодвинулся от талисмана.
— Понятно… Я так понимаю, больше всего тебя не устраивает, что она специально предупредила: не надо посылать людей к месту встречи заранее, чтобы все там изучить и подготовить засаду, иначе никакой встречи не будет?
— Что произошло? — Силье буквально шипел мне в лицо, как большая и очень злая змея. — Какого демона нас выкинули из резиденции едва ли не пинком и почему мой брат остался там?!
— Потому что ему единственному ничего не угрожает. — Стылый зимний ветер попытался сорвать слова с губ и унести куда-то в узкие портовые улочки. Я ответила сразу на второй вопрос, на самый важный.
— С чего вдруг?!
— Его жизнь и здоровье вирой привязаны к жизни и здоровью его светлости герцога Браганта. — Не знаю, рассказал ли Лиу брату эту подробность, или им не до того было. Ну, теперь все в курсе.
— Охренеть, приятная новость! — Змеиное шипение постепенно переходило в бешеный драконий рык. — Это значит, что он никуда брата не отпустит! Посадит под замок и будет стеречь пуще сокровищницы! Я рад! Очень рад!
— Это как в прошедшие шесть лет? — Я даже позволила себе легкую усмешку, глядя на злющего брата моего солнца. — Особенно стерег, видимо, когда вы там свое солнце в Юнрене зажигали.
— Б…ь! — не выдержал и выругался Силье. А потом добавил саркастически: — Простите, ваше высочество.
— Да ничего, мне и похуже слова известны, — заверила я. — Ты выпустил пар? С тобой уже можно нормально разговаривать? Мне нужна твоя помощь.
— О, превосходно… именно поэтому ты одним приказом связала пацанов и чуть ли не под конвоем отправила их на корабль? Даже не поздоровалась толком. Уф… да. Да, я уже могу нормально разговаривать.
— Отлично. — Я проигнорировала его эмоции. — Потому что одна я не справлюсь, тут опыт нужен. У тебя его явно больше, как и способностей. Наметки кое-какие у меня есть, но этого мало, я очень боюсь ошибиться.
— И что тебе надо? — Силье плотнее запахнулся в плащ и покосился в сторону темного и мокрого от волн пирса, по которому тинские матросы утаскивали в сторону трапа последний сундук с вещами.
Да, Берта по собственной инициативе загрузила трюм каким-то невообразимым количеством коробок, сундуков, свертков и рулонов, сурово шикнув на меня: в колониях ничего нет! А что есть — то стоит втридорога. Не сметь тут играть в благородную сироту! Тем более если на меня меркантильно рассчитывают в будущем как на хорошего друга и делового партнера. Раз мы плывем туда, где растут какао-бобы, сами боги велели мне присмотреть за качеством отправляемой для Бертиного бизнеса продукции, а заодно шугнуть от ресурса конкурентов, если те появятся. А за это мне вернут мои двадцать процентов от прибыли и денег обратно не возьмут. Разве что идеями, когда они в моей гениальной до идиотизма голове опять народятся. Их можно в письмах изложить.
— Мне надо отдать Раймону светоч крови, забрать у него мое солнце и убраться отсюда вслед за вами так, чтобы никто не успел помешать.
— Отлично, — после паузы выдохнул Силье. — Мне нравится почти все. Смущает только, как именно ты собираешься все это осуществить.
