Обвожу всю эту троицу грозным взглядом. Бородачу, видно, что плевать. Мужик меланхолично пожимает плечами и отворачивается. Тёмыч из красного вернулся в поросячий розовый, нервничает, отводит глаза.
Останавливаю свой взгляд на Карине. Та смотрит с вызовом, вздернув подбородок. Оливковые глаза горят, я уверен, на ее язычке застыла куча колкостей.
Но так как я все же внял ее просьбам и решил не афишировать наши отношения в фирме, вижу, что она сдерживается. Сжимает губы и молчит. Лишь подбородок вздернула и сверкнула в меня испепеляющим взглядом.
Я чувствую, как уголок моих губ дергается вверх, но удерживаюсь от улыбки. Нужно сохранить статус злобного начальника.
– Зайди ко мне в кабинет, Смирнова.
Бесстрастно говорю я и разворачиваюсь к выходу.
– А ты! – указываю пальцем в молодого сотрудника. – Перестань пускать слюни на ее зад и займись делом.
Вижу, как вспыхивает Карина и резко разворачивается в сторону пацана. Тот выглядит так, будто только что сожрал дохлого голубя. Все цвета радуги сменяются на его лице. Так, что на какой-то миг мне даже становится его жалко…
– Ты зачем Тёму унизил?! – спустя двадцать минут влетает фурией в мой кабинет Карина.
– Он мужик, – говорю я, не отрывая головы от монитора. – Переживет.
– Детский сад, – бухтит Оливка и плюхается на кожаный диван у стены. Ее излюбленное место в моем кабинете.
– Детский сад то, что мы должны прятаться, словно школьники. А знал бы Тёмыч, что ты моя, так бы себя не вел.
Кликаю мышкой, сохраняя изменения, что внес в программу, и встаю из-за стола. Поднимаю руки вверх, сцепляя в замок ладони, и с наслаждением потягиваюсь. Мышцы спины конкретно затекли от постоянного сидения за столом. Надо бы наведаться в зал…
Когда открываю глаза, замечаю, что Карина без стеснения пялится на меня, прикусив нижнюю губу. Если бы она только знала, как меня заводит эта ее долбаная привычка…
Подхожу к ней и сажусь рядом на диван, вытянув ноги. Откидываюсь назад, положив одну руку на изголовье, второй обхватываю плечи девушки. Притягиваю ее к себе и вдыхаю такой знакомый аромат.
– Ну, так что? – на выдохе спрашиваю.
Карина опускает взгляд на мои губы, вижу, как расширяются ее зрачки.
– Что..?
– Мы уже три недели вместе, так какого хрена должны притворяться, что между нами ничего нет?
Карина резко дёргает головой, пухлые губки дерзко поджимаются. Я знаю, что ей не нравится эта тема. Но и сдаваться не намерен.
У нас коллектив мужской. Тут все просто как дважды два. Если парни будут знать, что мы с Кариной вместе, перестанут пускать на нее слюни.
Случай с рыжим не первый. За последние две недели я заметил, что практически каждый в нашей команде залипает на моей Оливке. Несколько раз заставал эту компашку – Карина что-то рассказывает этим идиотам, а они слушают ее, разинув рты. Ещё бы языки свесили, как дворняги, пускающие слюни на кошку.
– Гронский, ты что, – улыбаясь, говорит Карина. – Ревнуешь меня?
– Пфффф! – излишне эмоционально фыркаю я, а Карина наклоняет вбок голову и смотрит так, будто видит насквозь.
Черт! А ведь и правда. Ревную. Охренеть как ревную. Даже с Крис такого не было, за все годы вместе. Хотя та была той еще кокеткой, при мне могла строить глазки мужикам. Я же все ее потуги легко считывал. И мне было плевать, если на нее кто-то смотрит. Вообще по барабану…
А вот с Кариной все по-другому. Я стал жадным до нее. Так, что даже обычный взгляд в ее сторону кипятит кровь и вызывает желание надрать задницу тому, кто посмел…
Решаю перевести тему.
– Бабулю во сколько забираем?
– В семь, – отвечает Оливка. – Тебе точно не тяжело это?
– Точно, сколько можно спрашивать одно и то же?
Вместо ответа Карина наклоняется ко мне и нежно целует в губы. Кладет свои ладошки мне прямо на грудь, где почему-то бешено колошматится сердце. После той совместной целомудренной ночи (за которую мне положен кубок по воздержанию) Оливка стала более смелой. Более раскрепощенной.
Конечно, по сравнению с девушками, которые у меня были до нее, все ее попытки были скорее невинными. Но меня даже это заводило не на шутку. То, что она доверилась мне и стала раскрываться, словно красивый цветок, просто сносит крышу…
Сколько раз я представлял, чем именно мы можем заняться на этом самом диване. Если бы Карина хоть на минуту залезла бы ко мне в голову, думаю, испугалась бы той силы желания, что течет по венам. Меня самого оно пугало…
Углубляю поцелуй и забираю инициативу на себя. Обхватываю девушку за тонкую талию и тяну на себя, устраивая ее на коленях. Карина удивленно выдыхает мне в рот, когда чувствует мое возбуждение.
Когда наши бедра соприкасаются, с моих губ срывается рык. Поцелуй становится более жадным. Неистовым. Языком вытворяю все то, что жажду сделать с девушкой... подаюсь бедрами вперёд, вжимая Карину в свое тело. Слышу ее тихий всхлип, и рука сама тянется вниз.
Накрываю зудящей ладонью ткань ее джинс, прямо между ног. И начинаю осторожно поглаживать. Размеренные движения. Вперёд-назад. Двумя пальцами обвожу по кругу ее жар, который пылает даже сквозь грубую ткань...
