Может ли быть что-то хуже, чем заболевший ребенок? Может! Когда к этому добавляется директриса-самодур, у которой отпроситься с работы — целая история. И муж, которому на все пофиг. А еще от нервного напряжения забываешь посмотреть в зеркало заднего вида и открываешь дверь машины в тот момент, когда мимо проезжает автомобиль, стоящий как твоя квартира… за которую ты платишь ипотеку. А еще в твою жизнь входит смелыми неторопливыми шагами мужчина, который пугает до чертиков… Но все в этом мире не случайно…
ПОЛИНА
Как же я устала! Словно попала в день сурка. Работа — дом, дом — работа, и так по кругу. Силы на исходе, и как их восполнить не имею представления. В отпуск бы, но я и этого не могу себе позволить. И заплакать бы, да нельзя.
На работе директриса — самодур, дома — муж, которому на все пофиг. А еще Макар заболел. Кто такой Макар? Ах да, я ведь не рассказала!
Всем привет, я — Полина, мне 32 года. И я мать-одиночка. Нет-нет, вы все правильно поняли. Муж у меня есть, но его как бы и нет. А еще у меня двое славных детей, Ника и Макар. Очень их люблю и горжусь каждым их достижением.
Сегодня пришлось отпроситься с работы, у Макара поднялась температура. В поликлинику, как всегда, не пробиться, и я везу его в платную клинику. Сегодня суббота, и парковка перед клиникой вся занята. Приходится парковать свою Корсеньку прямо на дороге рядом с бордюром. Макар хныкает и капризничает в своем автокресле на заднем сиденье, и даже болтовня старшей сестры его не отвлекает.
А мне вновь хочется плакать. От того, что все проблемы приходится решать самой. Даже сегодня, когда позвонила воспитатель из сада, куда ходит Макар, мой муж нашел отговорку не идти за ребенком. По какой причине он не смог забрать малыша, я даже уточнять не стала. Надоело слушать.
Перевожу дыхание и распахиваю дверь своей машины. Чувствую толчок. Раздается неприятный звук удара и скрежет. Я в шоке оборачиваюсь и застываю. Ну е-мое, Поля, этого еще не хватает. Немного проехав вперед, перед моей машиной останавливается черный Кадиллак Эскалейд с процарапанной задней дверью и крылом.
Мое сердце пропускает удар, а по спине прокатывается волна холода. Кончики пальцев вмиг становятся ледяными от ужаса и осознания того, что только что произошло.
Из водительской двери Эскалэйда выходит шкафообразный мужчина в деловом костюме. Он похож на бандита! Господи, ну как так-то? Водитель обходит свой автомобиль, осматривает повреждения и переводит взгляд своих льдистых глаз на меня. Я продолжаю сидеть в своей машине, даже Макар и Ника притихли на заднем сиденье. Отмираю только когда мужчина грозовой тучей начинает двигаться в мою сторону.
— Сидите тихо и не высовывайтесь, — командую как можно спокойнее детям и выхожу из машины. Ноги держат плохо, поэтому кладу руку на крышу своей Корсеньки. — Извините, ради Бога… — начинаю я, но замираю, когда бугай подходит почти вплотную. Он просто огромен! Такой Грозный и опасный, что мне хочется вжать голову в плечи. А когда он начинает говорить, становится еще страшнее.
— Курица, права купила что ли? По сторонам смотреть не учили? Паркуешься на дороге, еще и в зеркало не смотришь, когда двери открываешь!
Его тон такой пренебрежительный, что на мои глаза наворачиваются слезы.
— Мы с Вами на «ты» не переходили, и будьте добры, не повышайте голос… — в этот момент пассажирская дверь Эскалейда открывается и из нее выходит еще один бугай. Не такой огромный, как тот, что нависает сейчас надо мной. Но не менее злой, судя по выражению лица.
— Василий, спокойно, — говорит он спокойным тоном, и великан Василий немного отступает, позволяя мне вдохнуть спокойнее. Честно, была уже готова к тому, что этот Василий меня пристукнет прямо здесь. Пассажир Эскалейда дает знак водителю, и тот молча идет в сторону внедорожника. Когда громила скрывается за дверью автомобиля, я перевожу взгляд на своего «спасителя», но, похоже, зря я рассчитывала на спокойную беседу.
— Я сейчас позвоню в страховую, сегодня суббота, пробок нет, так что ждать долго нам не придется. Извините за мою невнима… — договорить не успеваю, незнакомец хватает меня за руку, разворачивая к себе и, слегка сжав большой ладонью мою шею, прижимает меня к двери моей машины. Вот блииин, попала… Василий хотя бы не трогал меня и не пытался придушить…
— Послушай, у меня нет времени ждать, пока приедут жандармы, — начинает он, при этом тон его не предвещает ничего хорошего, а рука чуть сильнее сжимает мое горло. От страха я прикрываю глаза, и пара непрошенных слезинок скатывается по щеке.
— В машине дети, отпустите, пожалуйста, — еле слышно прошу я, и он ослабляет хватку, заглядывая в мою машину. — Я все Вам оплачу, честное слово…
— Какие гарантии?
— Я не знаю, моего слова Вам не достаточно?
Он как-то странно на меня смотрит, усмехается, и все так же холодно говорит:
— Не достаточно. Я заберу в залог твой паспорт, — и спорить с ним совершенно не хочется. — Ну, я жду паспорт.
Я, не чувствуя конечностей, дрожащими руками открываю дверь машины и, вытащив из сумочки паспорт, протягиваю его незнакомцу. Он раскрывает паспорт на первой странице, внимательно смотрит, потом переводит взгляд на меня. Ну да, не похода. На фото я была совсем девчонкой, влюбленной и счастливой. А сейчас…
Бугай листает странички дальше, останавливается на прописке, затем на графе «семейное положение». Вновь смотрит мне в глаза. Интересно, о чем он сейчас думает? Господи, Полина, зачем тебе эта информация? Что вообще за мысли!? Какая разница, о чем думает этот человек!? У тебя ребенок больной в машине, а ты…
